Русская Правда

Русская Правда - русские новости оперативно и ежедневно!

Аналитика, статьи и новости, которые несут Правду для вас!

Хронология гражданской войны на Украине - Новости за 07 декабря 2016 (7525) Как умирала украинская армия Русский акцент в «плане Маршалла» для Украины Операция "Возмездие": Россия отомстит за гибель врачей
Русские Новости
Новости Партнеров
Новости Партнеров

Арсенал Холодной войны вытащит мир из огня

1. Достижения эпохи Холодной войны

Такая постановка вопроса может показаться одиозной, но факты заставляют нас принять непростую истину: так называемая Холодная война дала человечеству больше, чем несколько тысяч лет развития общественных и межгосударственных отношений до этого. Давайте теперь, спустя четверть века, с холодной головой подведём итоги тех лет и уже исходя из фактов будем судить: имели место достижения или нет.

1.1. Демократизация мировой политической системы

Она была поистине беспрецедентной. Удалось ликвидировать все колониальные системы, а военно-политические блоки, пришедшие им на смену, и близко не были столь одиозными, как отношения «колония-метрополия».

Кстати, совершенно отдельно следует отметить, что это было заслугой совместных и скоординированных усилий СССР и США, потому что первое десятилетие после окончания Второй Мировой войны было потрачено вовсе не на опускание «железного занавеса», а на демонтаж Британской и Французской империй. И, кстати, с нашей стороны этим занимался никто иной, как «кровавый Сталин», с которым очень плотно и сосредоточенно сотрудничали в этом направлении американцы. За 10 лет удалось ликвидировать обе империи, а статус Великобритании и Франции понизить до регионального. На карте мира появилось около полусотни новых независимых государств. Это было достижением Холодной войны.

Для закрепления нового мирового порядка и соблюдения его правил были не только созданы эти правила (к которым присоединился почти весь мир), но и целая плеяда могучих международных организаций, чей авторитет признавался безусловно и чью деятельность поддерживали почти все. И речь идёт не только об ООН.

Было подписано и ратифицировано огромное количество деклараций и международных договоров, а для контроля за соблюдением каждого из этих договоров были созданы отдельные организации, которые, правда, были объединены под эгидой ООН, но по уставу и действовали независимо, и управлялись автономно, без прямого подчинения ООН.

Только в Управлениb Верховного комиссара ООН по правам человека числится 15 организаций, которых 10 заняты мониторингом соблюдения основополагающих международных договоров по правам человека: Комитет по правам человека (мониторит Международный пакт о гражданских и политических правах, основанный на Конвенции о правах человека), Комитет по ликвидации расовой дискриминации (наблюдает за выполнением государствами-участниками Конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации.), Комитет против пыток (Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания), Комитет по правам ребенка (Конвенция о правах ребенка), Комитет по насильственным исчезновениям и пр.

И это только одно из управлений ООН, а их множество. Помимо этого, были созданы международные организации для других целей: экологические, антивоенные, торговые, экономические и так далее. ВТО тоже возникло в период Холодной войны.

За каждой организацией стоял устав, который содержал прозрачные и чёткие правила, а поскольку в состав организаций вошло абсолютное большинство стран мира, то и деятельность государств почти по всех сферах – от гуманитарной внутриполитической до торговой или военной международной – оказалась регламентирована юридически обязывающими международными договорами.

Отдельно хочется отметить тот уровень доверия, в который, на первый взгляд, трудно поверить, но который реально существовал. Конечно, это не было результатом прекраснодушия и наивности, а именно следствием прозрачности и регламентированности почти всех сфер деятельности мировых держав. Но к этому вопросу ещё можно будет вернуться, обсуждая военные договора той эпохи — как ограничительные и декларирующие понижение наступательных потенциалов, так и наблюдательные.

Эпоху назвали Холодной войной, но в реальности это был беспрецедентно продолжительный в истории человечества период мира, когда конфликты стали уделом периферийных государств и никогда не задевали непосредственно участников блоков, в которые вошли почти все ведущие страны.

1.2. Военное сдерживание и контроль

Как мы уже отметили, так называемая Холодная война была периодом беспрецедентно активного международного диалога по всем вопросам, включая такую сложную и деликатную тему, как военный потенциал самих блоков и их стран-лидеров. Способность отбрасывать риторику и ненужные эмоции, садиться за общий стол для разговора, и не только говорить, но и договариваться – на самом высоком уровне, по самым чувствительным темам и с самыми надёжными гарантиями, включающими разрешение на взаимный мониторинг, добровольное предоставление информации и ратификацию – с подписанием юридически обязывающих документов ведущими государствами – эта способность была заслугой высочайшего класса дипломатии, которая в ту эпоху достигла своего расцвета.

Наследство, оставленное нам Холодной войной – которое мы не ценили и уже во многом по-глупому промотали, хоть и не всегда по нашей вине – это целый пакет договоров, согласованных механизмов контроля и уполномоченных организаций. Их список воистину потрясает, учитывая, что, как нас учили, страны якобы стояли на грани ядерной войны и договариваться не желали никогда и ни о чём. Так давайте посмотрим, до чего договорились в ту эпоху:

  • ДНЯО – Договор о нераспространении ядерного оружия
  • ОСВ – Договор об ограничении стратегических вооружений
  • СНВ – Договор о сокращении стратегических наступательных вооружений
  • РСМД – Договор о ликвидации ракет средней и малой дальности
  • ПРО – Договор об ограничении систем противоракетной обороны
  • ДОВСЕ – Договор об обычных вооружённых силах в Европе

Это в глобальном масштабе. А сколько ещё было военных соглашений гуманитарного характера! Из разряда более «мелких»!

  • Договор о запрете противопехотных мин
  • Договор о кассетных боеприпасах
  • Декларация об отмене употребления взрывчатых и зажигательных пуль
  • Конвенция о запрещении или ограничении применения конкретных видов обычного оружия, которые могут считаться наносящими чрезмерные повреждения или имеющими неизбирательное действие (последние два касаются использования фосфорных боеприпасов)

И так далее, и так далее… Доверие между государствами – с том числе и между центральными антагонистами – было тогда гораздо выше и, как было выше отмечено, отнюдь не беспричинно: целая совокупность ограничительных договоров и соглашений делал мир более предсказуемым и надёжным, а поскольку переговорщики того времени знали толк в своём деле, то вместе с договорами создавались такие проработанные механизмы контроля и мониторинга, которые давали не просто уверенность, а именно гарантию политическому руководству всех стран.

1.3 Доверие и готовность к диалогу

Слово «доверие» благодаря устоявшейся пропаганде менее всего ассоциируется с Холодной войной. Однако дадим слово эксперту: вот что говорит Алексей Фененко – кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Института проблем международной безопасности РАН, старший преподаватель кафедры международной безопасности факультета мировой политики МГУ:

«Советское и американское руководство демонстрировали скорее нежелание, чем готовность начинать крупную войну, были готовы на уступки ради сохранения статус-кво.

Эту тенденцию выявила Корейская война (1950–1953). В ней экспедиционные силы США и их союзников воевали за Южную Корею; китайские добровольцы, прикрытые двумя полками советской истребительной авиации, – на стороне КНДР. Но лидеры Соединенных Штатов и КНР не сочли действия оппонента поводом к объявлению войны. Аналогично ни советское, ни американское руководство не видело в локальных военных действиях повода к разрыву дипломатических отношений. В апреле 1951 г. президент Трумэн дезавуировал ультиматум главнокомандующего экспедиционными силами ООН генерала Дугласа Макартура, угрожавшего КНР применением атомного оружия. При первой возможности стороны подписали перемирие.

Готовность к компромиссу показал и второй Берлинский кризис 1961 года. Его причиной были опасения советского руководства в связи с политикой ядерного вооружения ФРГ, воплощением которой стал проект создания многосторонних ядерных сил НАТО (МСЯС). Силовые демонстрации СССР вокруг Западного Берлина, включая строительство Берлинской стены, должны были убедить администрацию Джона Кеннеди в готовности Москвы применить силу в случае предоставления ФРГ доступа к ядерной кнопке. Но при реальной угрозе конфликта в октябре 1961 г. советское командование во главе с маршалом Коневым отвело танки от Берлинской стены без предварительных договоренностей с США. Белый дом со своей стороны осторожно свернул проект МСЯС.

Карибский кризис 1962 г. подтвердил эту тенденцию. Советский Союз разместил группировку ядерных носителей (как авиационных, так и ракетных) на Кубе вблизи Соединенных Штатов. Администрация Кеннеди разрабатывала и обсуждала план ее ликвидации. Однако стороны искали механизм для диалога и создали его через советского посла Анатолия Добрынина и брата президента Роберта Кеннеди. Ни в советском, ни в американском руководстве никто, судя по открытым источникам, не ставил вопрос о разрыве дипломатических отношений или ликвидации ООН. Советские и американские лидеры не произносили зажигательных речей перед агрессивно настроенной толпой и не обещали любой ценой не допустить позора».

 

1.4. Эпоха долгого мира

Таким образом, не смотря на бушевавшие страсти, на взаимные диверсии ЦРУ И КГБ, на убийства и похищения людей иностранными спецслужбами, на периферийные конфликты, общий мир оставался надёжен и стабилен. Риск войны был минимален, не смотря на рекордные в истории человечества наступательные потенциалы. Почему же так? Тут следует вспомнить, что «война – это продолжение политики, только другими средствами», а следовательно просто не было реальных политических причин для войны. Снова слово Алексею Фененко:

«С конца 1950-х гг. и советские, и американские стратеги разработали множество сценариев войны с ограниченным применением ЯО или на базе обычных вооружений. Библиография работ об «ограниченной ядерной войне» настолько обширна, что заслуживает издания в виде специальных сборников. Однако почти ни в одной работе не объяснено, почему американские и советские лидеры не воспользовались рекомендациями военных.

У руководителей СССР и США попросту не было политических причин для прямого столкновения. Соединенные Штаты и Советский Союз не могли заменить друг друга в качестве лидеров капиталистического и социалистического миров. Любой конфликт между ними привел бы к краху всей системы Ялтинско-Потсдамских договоренностей, включая ООН. В обмен на обвал мирового порядка победитель получал бы ограниченную территорию, требующую колоссальных затрат для восстановления. Игра не стоила того, чтобы жертвовать ресурсами, приобретенными по итогам Второй мировой.

Отсутствие политических мотивов дополнялось дефицитом технических возможностей для ведения войны. Находясь в разных полушариях, сверхдержавы не могли оккупировать территорию друг друга. Для победы в крупном региональном конфликте ни одна из сторон не имела превосходства, обеспечивающего гарантированное поражение противника. Прямая война сводилась бы к иррациональному обмену ядерными ударами без какой-либо политической капитализации».

 

1.5. Дипломатия высочайшего класса

Дипломатия стала тем инструментом, при помощи которого были решены – и так блестяще решены – эти сложнейшие международные конфликты, кризисы и разногласия. Как это было достигнуто?

Более взрослая аудитория, скорее всего, помнит, какое количество межгосударственных институтов было создано в то время: все эти совместные комиссии, рабочие группы, межгрупповые советы (вроде недавно замороженного Совета Россия-НАТО) и так далее. Во всех сферах, где соприкасались государственные интересы противоборствующих стран и блоков, были созданы рабочие группы, которые немедленно фиксировали возникающие проблемы, информировали о них руководство и приступали к обсуждению путей поиска выхода из сложившейся ситуации.

Поэтому неудивительно, что большинство вопросов – и даже самых острых конфликтов с глобальным военным потенциалом – в итоге решалось. Эпоха так наываемой холодной войны стала наилучшим воплощением известного принципа:

«Кто хочет – ищет пути, кто не хочет – ищет предлоги».

В те годы было найдено бесчисленное количество путей для решения существующих и возможных проблем во всех многочисленных сферах жизни. Было желание решать проблемы – были найдены и пути.

А сегодня мы наблюдаем лишь сворачивание одного за другим большинства институтов взаимодействия и сотрудничества под теми или иными благовидными предлогами. Ну что же, предлоги нужны тем, кто не хочет – не хочет решать проблемы, а хочет, чтобы они накопились и… возможно, взорвались. Правда, каждый рассчитывает, что на бомбе этих проблем подорвётся противник, а не он сам, в то время, как вероятнее всего пострадают просто все без разбора.

2. Стратегические угрозы «глобального потепления»

Формально – и даже на первый взгляд логически верно – считается, что с уходом идеологических противоречий и блокового биполярного противостояния, мир стал надёжнее, а угроз – меньше. В реальности же мы все ощущаем витающую в воздухе угрозу и неопределённость. Люди, живущие в парадигме пропаганды времён противостояния, не находят причин для таких ощущений, и пытаются убедить себя, что это только кажется: и им самим, и прочим окружающим. На самом же деле, не кажется. Проблемы появились — и серьёзные, с угрожающим потенциалом.

2.1. Сворачивание сотрудничества

В последнее время – а особенно во время второго президентского срока Обамы – мы наблюдаем просто лавинообразное обрушение всех старательно выстроенных систем безопасности, сотрудничества, взаимных гарантий, транспарентности, обмена озабоченностями и каналов связи.

По всем направлениям. Начиная с глобального военного: выход США из ПРО, выход России из ДОВСЕ, висящие на ниточке судьбы РСМД и ДНЯО, замораживание деятельности Совета Россия-НАТО, попытки маргинализации ведущей роли Совбеза ООН в вопросах военного вмешательства и конфликтов. И заканчивая экономическими и политическими связями: вводятся санкции, представителям стран запрещают въезд в другие страны, в совместных международных организациях разворачивается конфронтация с попытками выдавить Россию, и даже заходит уже речь о «реформировании ООН».

Словом, намеренно обрушиваются именно те механизмы, которые десятилетиями работали, обеспечивая прозрачность и уверенность правительствам стран, давая гарантии безопасности и предсказуемости, позволяя решать конфликты. Очевидно, кому-то стало надо, чтобы конфликты перестали решаться? Это далеко не парадоксальный вопрос и причины такие действительно есть, по мнению Алексея Фененко:

«Самораспад СССР породил волну утверждений об исчезновении у Москвы и Вашингтона идеологических противоречий. В действительности реальные идеологические противоречия стали появляться как раз после 1993 года. Россия, пережив короткий период нарочито проамериканской риторики, с конца 1994 г. официально отказывалась признать американские концепции лидерства и расширения демократии. В 1997 г. Россия совместно с КНР выдвинула идею многополярного мира. Это болезненно восприняли в Вашингтоне, претендующем на ведущую роль в формирующемся мировом порядке. Такое идеологическое противостояние оказалось намного жестче прежнего «коммунизм – либерализм». Речь теперь шла не о сосуществовании двух лагерей, а о вариантах построения глобального мира. Разойтись по домам, как СССР и США, Россия и Соединенные Штаты теперь не могли. Судя по высказываниям российского руководства, в Москве начинает преобладать мнение о том, что в США не отдают себе отчета в цене противостояния с Россией. В Соединенных Штатах в свою очередь выросло поколение политиков и военных, воспитанных на идеях американской неуязвимости и непобедимости».

Проще говоря, неистребимое желание США стать Владычицей Морскою теперь порождает у них не прежнее желание сесть за стол и договориться о восстановлении статус-кво, при котором за каждым из центров биполярного мира сохраняется его зона влияния. Теперь США хотят стать мировым лидером, чего, впрочем, они не только не скрывают, но и называют себя так публично, официально и с самых высоких трибун, а не уровне фанатичных выкриков депутатов в парламенте.

Америка действительно хочет конфликта. Нас «щупали» в 1994 году в Чечне на предмет способности сохранить целостность и суверенитет. Нас «щупали» в 1999 году, бомбардируя Югославию, и позже, в Ираке и Афганистане – на предмет нашей способности и желания вмешиваться в дела за пределами наших границ. Из результатов был сделан неверный вывод, который привёл к новым агрессивным «зондированиям» в Грузии и на Украине. Ощущая, что за океаном крепнет впечатление, что Россию загнали в клетку, из которой она никогда не посмеет высунуться, нам пришлось вмешаться в Сирийский конфликт – продемонстрировать, что мы не будем смотреть безучастно, как у самых наших границ хозяйничают заокеанские «коллеги» и «партнёры».

Однако во всём это есть большой минус: нам навязывают конфликтную доктрину и, приняв её, мы неизбежно в конфликт и свалимся. И не в сирийский, а в глобальный. По сути, только взвешенная политика нашего президента, не устающего увещевать потерявшие берега Штаты, до сих пор позволяет сохранять хоть и менее устойчивый, чем прежде, но мир.

Путин чертит свои «красные линии», которые постепенно оказывают терапевтическое воздействие на США и возвращают их к реальности. Но это тоже деятельность в рамках конфликтной доктрины.

Главным достижением Путина в деле сохранения мира в глобальном масштабе является его деятельность по установлению институционального характера нового многополярного мира. Потому что все механизмы биполярной устойчивости и гарантий порушил Вашингтон, и если в мире не возникнет новой системы сдержек, договорённостей и контроля, он может свалиться в серию конфликтов или большую войну.

Поэтому сейчас важно не только и не столько демонстрировать силу, а работать – активно и непреклонно – над созданием новой мировой системы. Оформлять тот самый многополярный мир, который был анонсирован в противовес идее американского однополярного мира. Нам снова нужна дипломатия, нужны договорённости. Язык силы без желания обсуждать условия может привести и, несомненно, приведёт — только к войне.

Каждый раз, когда говорят «Путин слил», льют воду на мельницы американских ястребов, которым мировая война весьма кстати сама по себе, а заодно она же может подорвать все усилия по созданию многополярного мира и заодно позволит, наконец, Америке показать, что она сильнее всех. А ей хочется это показать, потому что иных аргументов у неё остаётся с каждым днём всё меньше.

Вопрос в том, нужна ли нам новая мировая война только потому, что мы слишком горды для того, чтобы заниматься дипломатией? Война – как и смерть – это то, с чем, как говорится, никогда не поздно и всегда рано. Если на нас нападут, мы и так никуда не денемся – будем воевать. Но пока не напали – не стоит ли приложить все усилия для того, чтобы войны избежать? «Худой мир лучше доброй войны». Так называемая Холодная война была тем самым худым, но очень надёжным миром. Если мы хотим и дальше жить в мире, нам следует взять из того арсенала всё то, при помощи чего наши страны этот мир удерживали в самых сложных ситуациях и при самых провокационных событиях.

 Альберт Нарышкин
Просмотров: 603
Рекомендуем почитать

Новости Партнеров



Новости партнеров

Популярное на сайте
Русский язык, то о чём мы не догадываемся... Татарско-русские названия русско-татарских монет Наказания для воров и разбойников на Руси Сравнительная история зверств Запада и России Таинственная карта неба - три луны над Землей Что великие люди говорили о России