Русская Правда

Русская Правда - русские новости оперативно и ежедневно!

Аналитика, статьи и новости, которые несут Правду для вас!

Как либералы продавали Россию: «Крыса съест три зернышка, миллион провоняет» Украина и заветы Геббельса Бойня Порошенко с Аваковым уничтожит их обоих 25 лет без СССР. Леонид Кравчук – гробовщик Украины
Русские Новости
Новости Партнеров
Новости Партнеров

Боевые ничьи истории

Многие сражения и войны наша страна не выиграла, но и не проиграла

«Не всякий бой можно выиграть», — совершенно справедливо заметил Арамис в бессмертном романе Александра Дюма «Три мушкетера». Но вовсе не обязательно, что он должен был быть при этом проигран. Довольно часто в истории всего человечества и конкретно матушки России случались ситуации, когда ни наша сторона, ни противник не получали решающего преимущества. Понятно, что практически каждая такая ничья была ничьей лишь условно. Как и в спорте, она была так или иначе в пользу кого-то, но и викторией такой неоднозначный итог не назовешь.

В этой статье мы рассмотрим несколько битв и даже целых войн в истории нашего государства, которые как раз закончились ничейным результатом или длительное время находились в патовом состоянии. Впрочем, одна такая битва даже не закончилась вничью, а вовсе не началась.

Стояние на Угре 1480 г.


Дату этого события необходимо обязательно уточнять, потому что по иронии судьбы «всего лишь» за 72 года до него произошло совсем другое стояние на той же самой Угре — войск Великого князя Московского Василия I и Великого князя Литовского Витовта. Та игра на нервах также закончилась ничем — стороны просто продлили мирный договор между ними и разошлись по своим внутрикняжеским делам.

Куда более важное стояние на одном месте случилось на Угре в 1480 году. В этот раз друг против друга стояли и ничего друг против друга не предпринимали в этом, видимо умиротворяющем месте гигантские по тем временам армии Великого князя Московского Ивана III и хана Золотой Орды Ахмата. Правда, полностью мирным оно не было — стороны прощупывали оборону противника, проведя, как сказали бы позднее, разведку боем. Но так и не произошло главного, из-за чего собрались, — генерального сражения.
Причин у подобной пассивности у обеих сторон было немало, но главное, это опасение мощного контрудара оппонента. Примерно в такие же кошки-мышки играло советское командование с гитлеровским в преддверии Курской битвы в 1943 году.

Хан Ахмат надеялся на помощь литовских союзников, но так и не дождался ее. В свою очередь Иван III вынужден был держать круговую оборону — по реке Угре против ордынских войск, а в собственной ставке от ряда бояр, уверенных, как говорил персонаж фильма «Бриллиантовая рука», что «усе пропало» и что надо бежать сломя голову, пока ордынцы медлят.

В этой ситуации, как водится в мировой политике издревле, начались мирные переговоры. На них представители Золотой Орды настаивали на продолжении поступлений в ордынский бюджет налогов, именуемых данью, с территории Московского княжества. Дело в том что Иван III еще за четыре года до того решил, что хватит кормить Золотую Орду. Строго говоря, именно отказ от уплаты дани можно считать моментом признания независимости Руси, утерянной нашей страной после нашествия кавалерийской армады Батыя в 1238—1240 годах.

Бородинское сражение 1812 г.

В России все от мала до велика знают, что в легендарном сражении 25 августа (6 сентября) 1812 г. на поле между деревнями Шевардино и Бородино русским войскам удалось развеять миф о непобедимости наполеоновской армии и не допустить блицкрига с захватом Москвы. С другой стороны, во Франции, следуя старинному правилу, что тот, за кем осталось поле битвы, тот в ней и победил, убеждены, что их Великая армия все-таки добилась успеха. Истина, вероятно, посередине и именно ее изрек, по воспоминаниям современников, сам император Наполеон Бонапарт по окончании схватки военно-политических тяжеловесов с Кутузовым: «Французы сражались как победители, но русские доказали свое право быть непобежденными».

И это действительно так, если учесть, что ни французской, ни русской армии не удалось достичь той цели, которую наметили. Наполеон рассчитывал на стремительный разгром противостоящих ему сил под командованием М.И. Кутузова, а тот в свою очередь надеялся, что удастся нанести противнику такие потери, что он не сможет помышлять о дальнейшем продвижении к Москве и получится далее нечто вроде стояния на Угре.

Да и в ходе самой битвы чаша весов склонялась то на одну, то на другую сторону. Вначале все козыри были в руках французов. Еще накануне они выбили наших с Шевардинского редута, отчего битва стала Бородинской, но драгоценное время при этом было упущено — русские войска успели укрепить свой левый фланг.

Быстрый прорыв через Багратионовы флеши солдатам Наполеона не удался — завязались тяжелые, кровопролитные схватки. Тем не менее, прорвать русскую оборону французы вполне смогли бы, если бы не знаменитый рейд кутузовской кавалерии по наполеоновским тылам, в результате которого в плен мог угодить сам император Бонапарт и его окружение. В результате этой смелой контратаки французские войска не только не смогли осуществить близкий уже, казалось бы, прорыв, но и не получили необходимые им подкрепления. Наполеон побоялся бросать свою «старую гвардию» в бой, рискуя получить еще один потенциально фатальный контрудар.

Важно также, что, немного уступая противнику в живой силе, русская армия превосходила наполеоновскую, хотя и не слишком сильно, в технике. У нас было больше, чем у французов, пушек. Именно мощная артиллерийская поддержка, помимо вышеупомянутой кавалерийской вылазки, позволила нашим выстоять, когда французские войска уже были близки, казалось, к успеху.

Война в Заполярье в 1941—1944 гг.

Один из участков тысячекилометрового советско-германского фронта во время Великой Отечественной войны был примером того, что могло происходить в целом в ходе сражений, если бы гитлеровцами не был бы достигнут фактор внезапности в первые дни войны. Таким уникальным участком оказалось Заполярье — именно здесь немецко-фашистские и союзные им финские войска основательно увязли в тундре и так и не смогли за несколько лет добиться поставленных целей. А они были обозначены в плане «Барбаросса» — выход в район Архангельска. На деле же гитлеровцам за всю войну удалось вклиниться здесь всего на несколько десятков километров, в то время как в Белоруссии они преодолели это расстояние за первые пару суток. Более того, у пограничного столба со знаковым номером «1» фашисты вообще так и не смогли перейти советскую границу. Это был единственный такое место, но очень важное в символическом своем значении. Оно был зримым доказательством, что на севере блицкриг сразу и безоговорочно провалился.

Дело в том что здесь третий рейх в коалиции с Финляндией припозднился с ударом, ограничившись в начале налетами авиации, к которым советские ВМФ, том числе в Мурманске, были готовы. В дальнейшем помешали, конечно, климатические условия заполярного края — вести сколько-нибудь активные наступательные действия там можно было только пару-тройку летних месяцев. Но это не значит, что стороны не пытались что-то предпринять.

Гитлеровцы рвались к Мурманску точно так же, как к Ленинграду, ведь отсюда СССР получал большую часть помощи по ленд-лизу. Советские войска в свою очередь пытались отбросить противника подальше от этого стратегически важного города и незамерзающего порта, но тоже без особого успеха до поздней осени 1944 г., когда гитлеровская Германия затрещала по швам. Но самое главное, что способствовало успеху одной из лучших, но, к сожалению, не столь известных, как, например Висло-Одерская, операций — Петсамо-Киркенесской — это выход из войны Финляндии. Свою роль сыграл и вышеупомянутый фактор внезапности — гитлеровцы никак не ожидали мощного наступления советских войск, когда лютая зима в Заполярье уже началась и практически не было светлого времени суток. Но победоносные советские войска и в таких условиях доказали, что для них нет ничего невозможного — одним ударом, невзирая на все природно-климатические трудности, пройдя территорию Финляндии, они освободили северную часть Норвегии.

Партизанские войны в Никарагуа и Сальвадоре

Вничью в большой игре двух сверхдержав, СССР и США, закончились и партизанские войны в Никарагуа и Сальвадоре в течение 1980-х — начала 1990-х гг. С одной стороны, американским империалистам не удалось руками своих марионеток, именуемых «контрас», свергнуть правительство сандинистов в Манагуа. Оно ушло потом само, но не так давно само же и вернулось, когда их лидер Д. Ортега победил наконец на президентских выборах. С другой стороны, американские ястребы, которые пришли к власти вместе с киноактером Рональдом Рейганом в начале 1980-х гг., смогли не допустить триумфального шествия социалистических революций прямо до заднего двора дядюшки Сэма с южной стороны. В 1983 г. американцы, воспользовавшись итогами странного переворота против Мориса Бишопа в Гренаде, в ходе прямого военного вторжения свергли просоветский режим в этой стране — спасти его, как за 21 год до того кубинскую революцию, советское руководство не решилось. Не удалось и помочь бойцам из фронта Фарабундо Марти повторить то, что до них проделали «барбудос» на «острове Свободы» и сандинисты в соседней Никарагуа, — свергнуть проамериканскую диктатуру.

К этому моменту в США уже научились душить национально-освободительные движения. Помимо регулярной армии стали активно применяться «добровольческие батальоны», именуемые в Сальвадоре «эскадронами смерти». Для борьбы с коммунизмом американцы наверняка не жалели ни сил, ни средств. Десятки тысяч сальвадорцев погибли не только в ходе боевых действий партизан с регулярной сальвадорской армией, но и от рук указанных карательных отрядов.

Нетрудно заметить, что примерно такую же тактику задействовали направляемые с Запада бандеровские вояки в ходе своей кровавой АТО. Пока регулярные части ведут бои с повстанцами, каратели сеют страх среди мирного населения, которое симпатизирует ополчению. Впрочем, в полной мере реализовать план в Сальвадоре не удалось — стороны в конце концов сами пришли к компромиссу. Правящий режим Дуартэ согласился на земельную реформу и амнистию повстанцам, а те в свою очередь отказались от продолжения вооруженной борьбы.

Хасавюртовский мир 1996 г.

Летом 1996 года российская армия практически уже завершила разгром бандформирований в Чеченской республике. Но вмешались в развитие событий на фронтах той контртеррористической операции политические обстоятельства, прежде всего, знаменитая президентская кампания. Стоявшие за Б.Н. Ельциным и его дублером А.И. Лебедем олигархические круги проиграть ее не хотели гораздо больше, чем упустить бандитов и террористов. Напротив, в антитеррористической операции они видели угрозу, поскольку каждая неудача оборачивалась не в пользу находящегося уже далеко в не самой спортивной форме их основного кандидата. К тому же работавшие на ельцинскую агиткампанию «Голосуй или проиграешь» СМИ (практически все электронные в тот момент) по совместительству крутили еще одну волынку — о необходимости переговоров и прекращения войны.

Даже победа во втором туре Б.Н. Ельцина намерений этих не перечеркнула, требовался лишь повод для того, чтобы как-то для народа и армии оправдать это удивительное перемирие. Таким поводом стало нападение групп террористов на Грозный. Именно после него А.И. Лебедь, назначенный секретарем Совбеза в обмен на призыв голосовать за Ельцина во втором туре, поехал в Хасавюрт на встречу с главарем боевиков А. Масхадовым. Росчерком пера там были аннулированы все усилия, все жертвы, принесенные на алтарь победы нашими воинами, но это дало возможность брутальному, ныне покойному генералу радостно улыбнуться и заявить: Войне конец — хватит, отвоевались".

В результате через несколько лет случился поход басаевцев на Дагестан и новая, вторая контртеррористическая операция. В некотором смысле из-за Хасавюртовской ничьи пришлось все начинать сначала, но завершать уже совсем с другим результатом, потому что к тому времени страна и армия наши уже начали меняться.

Ничейная помощь

Ничьи, хоть и не так, как поражения, заставляли задуматься, почему так случилось. Хотя в ряде патовых ситуаций это не требовалось, как, скажем, после стояния на Угре, в других размышлять приходилось очень даже серьезно, как, например, после «спорного» Бородинского сражения. Беспечности тут быть не могло, поскольку случись еще одна такая ничья — и наша страна могла бы остаться без армии.

А вот ликования после ничейных ситуаций особых никогда не было. Поэтому в тени как-то оказались успехи советских войск в Заполярье, хотя именно там к жизненно важному центру Мурманску, в отличие от других стратегических направлений, они не позволили фашистам приблизиться. Ну и не вполне справедливо, что сандинисткая революция оказалась не столь популярной у нас, как кубинская, ведь в результате нее сейчас Никарагуа является одним из самых ближайших союзников России. Да и Хасавюртовский пакт оказался в итоге небесполезным — вскоре после его заключения стало ясно всему миру, а также большинству жителей самой Чеченской республики, что террористы могут построить только террористическое квазигосударство. Так что какой бы обидной эта, да и многие другие ничьи в истории России ни были, свою положительную роль они тем не менее сыграли.

Александр Евдокимов

Просмотров: 774
Рекомендуем почитать

Новости Партнеров



Новости партнеров

Популярное на сайте
Руководство по выживанию и обороне города О Руси, Московии, Тартарии, а также слове „Китай” согласно карте Ортелия 1562 года О рунах и тайных знаниях славян Об Асах, ариях и Расе Великой Татарско-русские названия русско-татарских монет Великий камень Алатырь - сакральный центр мира