Русская Правда

Информационно-аналитическое издание наследников Ярослава Мудрого

Русская Правда: аналитика, статьи и новости, которые несут Правду для вас!

Как США обслуживают Израиль - как бандит на подхвате у пахана Главным экспортным товаром Украины могут стать донорские органы «патриотов» Россиян хотят лишить права на защиту в суде Трамп – Порошенко: дан приказ ему на Запад...
Новости Сегодня
Новости Партнеров
Новости Партнеров

Художник Владимир Шендель: Когда человек знает свою историю, у него рождается гордость за свой народ

Есть люди, которые излучают такое душевное тепло и спокойствие, что чувствуешь себя рядом с ними уютно и защищённо, словно находишься под крышей родного дома. К таким удивительным личностям принадлежит Владимир Степанович Шендель, Народный художник Украины.

Некоторые пейзажи Владимира Шенделя похожи на него самого — поэтичные, душевные, скромные. Если повесить такую картину у себя дома, то даже в пасмурный день комната озарится солнечным светом.

И хотя живописных полотен у художника множество, основное направление творчества Вл. Шенделя — графика. Он создал целые серии линогравюр, офортов, литографий, рисунков и акварелей. Художник сделал иллюстрации к роману Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита», который произвёл на него сильное впечатление в юности. Но чаще всего сюжеты для своих произведений Владимир Шендель черпает в древней истории.

Примером тому служат объёмные серии графических работ «Рыцари Сечи Запорожской», «Да, скифы мы!», и сейчас мастер работает над произведением «Про Игорев поход».

Художественные произведения Владимира Шенделя находятся в музеях Украины и России, в частных коллекциях в Польше, Германии, Франции, США.

Многочисленные выставки мастера прошли в Украине, Польше, Германии, Франции, Италии, Испании.

Осенний пейзаж. Холст, масло.

Осенний пейзаж. Холст, масло.

— Владимир Степанович, люди приходят на художественные выставки и вернисажи ради развлечения? Или у живописи есть более глубокие задачи?

В.Ш.: У живописи как раз очень глубокие задачи. Художники часто берут для своих работ исторические сюжеты, но нередко мастера обращаются к теме высокой духовности и нравственности. Именно такие темы заставляют зрителя задуматься над своей жизнью – с какой целью пришёл человек в этот мир, как он проявляет себя в нём.

Прежде чем приступить к работе, мастер должен хорошо прочувствовать образ, так сказать, уйти в себя, чтобы из души шло. Иные художники даже постились перед тем, как взяться за кисть. Они старались меньше бывать в светском обществе, чтобы оградить себя от суеты.

— Такие высокие требования относятся к портретам, драматическим сюжетам. Но пейзажи — дело другое, они просто радуют глаз…

В.Ш.: Нет. Пейзаж служит не только для любования. Он должен нести человеку переживания, наталкивать на размышления. Например, рисуешь степь. А ведь она всякая бывает, случается — тихая, задумчивая. Лежит перед тобой, словно средневековый рыцарь. И стоят в этой степи каменные изваяния — одинокие скифские бабы. Они будто бы напоминают людям: кто-то здесь жил до нас. Великие события пронеслись над этой землей, оставляя свою историю.

— На открытии одной художественной выставки Вы сказали, что если у человека есть талант, то он несёт ответственность за него. Талант нельзя зарывать в землю.

В.Ш.: У каждого человека есть своё предназначение. У человека талантливого — миссия особая. Если это художник, то его картины должны пробуждать лучшие человеческие качества — благородство, доброту, великодушие. Живописные работы должны нести светлое и радостное, но и трагичное тоже.

Стражи. Холст, масло.

Стражи. Холст, масло.

— Не испортится ли у зрителя настроение, если картины на вернисаже будут изображать трагичное?

В.Ш.: Человеческая жизнь не может быть только радостной. Даже в любви есть печаль. Когда же исследуешь историю, то понимаешь, сколько трагедий несут людям войны. В боях всегда много раненых, убитых. Однако люди выносят горе и страдания не только в военных сражениях. В судьбе любого человека есть страдания. Всё это нужно показывать в живописи. Без этого не обойтись.

— Владимир Степанович, почему Вы отдаёте предпочтение историческим сюжетам? Как они влияют на сознание человека?

В.Ш.: Это же наша память! Это говорит о том, что народ чтит имена героев. Когда человек знает свою историю, чувствует её, формируется национальное самосознание, формируется нация. У человека рождается гордость за свой народ, он ощущает себя его частью. Тогда ему и живётся легче. Это потому, что он находится в гармонии со своей средой, не конфликтует с ней.

— У Вас целый альбом, посвящённый скифам. Прекрасное издание! Чем же Вас пленили скифы?

В.Ш.: В Придонцовских степях, где я родился, было много курганов, на них стояли скифские бабы. Там раньше было обширное поле, до самого горизонта! Такая вольница! Здесь скифы делали погребенья. Много золотых вещей — оружие, конская упряжь, украшения, посуда — было схоронено в этих курганах вместе с царями, военачальниками, воинами. На курганах стояли каменные изваяния — скифские бабы. Раньше каменных истуканов было так много, что крестьяне приспосабливали их себе для хозяйства. Ставили в углу усадьбы каменную бабу, а к ней привязывали изгородь. А мы, мальчишки, интересовались этими курганами: что там внутри? Какие тайны спрятаны?

Обложка альбома Вл. Шенделя «Да, Скифы — мы!»

Обложка альбома Вл. Шенделя «Да, Скифы — мы!»

— Удалось раскрыть тайны курганов?

В.Ш.: Чтобы узнать, что скрыто внутри этих холмов, запоем читал исторические очерки, ходил по музеям, хотел узнать, откуда появились здесь скифы. Много писал о скифах древнегреческий историк Геродот, французский военный инженер Гийом де Боплан, историк, археолог, этнограф, фольклорист и писатель Дмитрий Яворницкий.

У Александра Блока есть блестящие стихи, я их взял эпиграфом к своему альбому, который так и назвал: «Да, Скифы — мы!» В стихотворении есть такие строки: «Да, Скифы — мы! Да, азиаты — мы, с раскосыми и жадными очами!» Только глаза у скифов не раскосые, у них европейские глаза.

Но что меня особенно заинтриговало? Когда в Семёновском художественном училище в Горьковской области я изучал культуру славянских народов, то обнаружил, что у скифов много общего со славянами — в обычаях, традициях, в устройстве быта. Знакомясь с искусством скифов, я увидел, как их рисунки перекликаются с хохломской росписью, славянской вязью, и понял, что у них одни корни.

— Вы изучали хохломскую роспись?

В.Ш.: Моя первая профессия — мастер хохломской и городецкой росписи, я — прикладник. Позже окончил Ленинградский институт живописи и скульптуры им. Репина. После института меня увлекла история скифов, я стал изучать их жизнь, быт, создавал произведения по этой тематике.

Скиф. Из альбома Вл. Шенделя «Да, Скифы — мы!»

Скиф. Из альбома Вл. Шенделя «Да, Скифы — мы!»

— И кто же они — скифы?

В.Ш.: Историки утверждают, что они пришли из Средней Азии, поселились между Грузией и Азербайджаном, потом продвинулись на Север, заняли причерноморские степи, Крым, Кубань, дошли до Нижнего течения Днепра и Южного Буга, там находят следы курганов при раскопках. Но южные скифы уже были оседлыми. Это пахари. Они возделывали пшеницу, гречку, овес, ячмень. Много зерна продавали в Европу.

А настоящие, царские скифы — кочевой народ. Это воины. Они контролировали огромную территорию от Алтая до Греции. Ходили даже в Египет. Оттуда возвращались с большими дарами. Египетский фараон платил им огромную дань, лишь бы скифские воины не вторглись в его владения, не разрушали, не грабили.

— Владимир Степанович, на своих рисунках Вы изображаете быт скифов так реалистично, кажется, что Вы делаете это по памяти. Но ведь в Северном Причерноморье скифы жили очень давно, ещё в VII веке до н.э. Вы чувствуете связь с ними?

В.Ш.: Не только чувствую связь, я вроде живу среди них. Постоянно изучая исторические материалы, начинаешь понимать, как люди в то время обустраивали свои жилища, как они воевали, во облачались, как обращались с оружием, какие исполняли ритуалы, во что верили. Тогда каждый предмет начинает в тебе жить. Фантазия художника основана на реальных событиях, на сведениях из музеев и книг.

Атей. Из альбома Вл. Шенделя «Да, Скифы — мы!»

Атей. Из альбома Вл. Шенделя «Да, Скифы — мы!»

— Получается, что художник сродни актёру, который «вживается» в свою роль прежде, чем выйти на сцену, чтобы всё выглядело реально.

В.Ш.: Работая над определённой темой в живописи, когда войдёшь в конкретный исторический материал, то чувствуешь себя одним из персонажей.

Десять лет я накапливал знания, я должен был понять, какой характер был, например, у скифских мужчин, какие у них были отношения со своими семьями, чем они заполняли время между походами, как женились, как хоронили. Чтобы художественное произведение выглядело убедительным, нужно было знать всё досконально: даже какие у них были лошади, а у лошади — упряжь, какие повозки и всякая хозяйственная утварь.

В произведении, когда изображаешь битву, там каждый воин живёт своей жизнью, каждый по- своему экипирован, у каждого своё оружие. Нужно мысленно увидеть, как он двигался, наносил удары мечом. Так же и с лошадьми. Сначала я изучил анатомию лошади, пришлось делать много эскизов лошадей — когда они бегут галопом, когда встают на дыбы, нужно было также понять их взаимодействие с наездником. Со всем этим надо было разобраться прежде, чем взяться за кисть или перо.

Когда вникнешь в материал, становится проще ориентироваться в исторической действительности. Перед тобой словно оживает прошлое.

Тризна. Из альбома Вл. Шенделя «Да, Скифы — мы!»

Тризна. Из альбома Вл. Шенделя «Да, Скифы — мы!»

— Значит, художник переносится во времени на тысячелетия, когда берётся за исторические сюжеты?

В.Ш.: Поневоле так, иначе ни рисунка не сделаешь, ни картины. У каждого художника свои представления и способность мыслить образно.

Что касается скифов, у них не было строений, городов. Скифы — народ кочевой. Но это не помешало ему стать сильным и иметь развитую культуру. В подтвержденье расскажу один любопытный эпизод.

Известно, насколько силён был персидский царь Дарий. Будучи непобедимым, он завоевал полмира, и потом решил прирастить к своим землям скифские угодья. Собрал 700-тысячное войско и отправился в поход на юго-восток. Для сравнения напомню: у Наполеона, когда он шёл на Москву, было всего 500 тысяч солдат.

Скифы, узнав о намерениях Дария, тем не менее, не оказывали ему сопротивления. Даже, наоборот, они впускали в свою страну его войско всё глубже и глубже. Однако вслед за тем, как сирийское войско проникало внутрь, скифы следом выжигали землю и засыпали колодцы, они уводили скот и нападали на отставшие отряды сирийцев. Но Дарий видел только то, что ему не чинили препятствий, и посчитал скифского царя Индарфиса трусом.

Но вдруг повелитель персов получает от Индарфиса послание-загадку: пленённый скифами перс принёс Дарию пять стрел, птицу, мышь и лягушку.

Однако Дарий не унимался, он призывал Индарфиса сразиться с ним в поединке, чтобы определить, кто будет владеть севером Причерноморья. На это скифский царь ответил: «Если хочешь вступить в бой, сначала найди могилы отцов наших и попытайся их разрушить. И попробуй сообразить, будем ли мы сражаться из-за могил или нет. У нас нет городов, которые нужно защищать, вокруг — степь.

— Дарий рассвирепел?

В.Ш.: Конечно. Кому понравится такой ответ?! Дарий решил предпринять бой, но неожиданный шум на окраине лагеря сирийцев привлёк его внимание. Он оправил всадника, узнать: что там за возня? Оказалось, это молодые скифы гонялись за зайцем — невинные развлечения юнцов. Такое пренебрежение к непобедимому царю Дарию было возмутительным. И тут только сирийский царь понял, что попал в ловушку. Он бежал с остатком своего войска, оставив в лагере раненых и обессиленных.

— Отсутствие крепостей, традиционных поселений — это даёт большую свободу и мобильность.

В.Ш.: Геродот как раз и пишет о непобедимости скифских воинов благодаря такому укладу жизни. Историк говорит: у скифов было одно несомненное преимущество перед другими народами — они не имели городов, укреплений. Жилища свои устраивали на лошадиных повозках. Все их хозяйство — кони, овцы. Каждый член общества — конный стрелок, все — воины. Вообще, скифы такой народ, который уносил всю культуру с собой в могилу: нет на земле их следов — ни руин, ни храмов.

— Но курганы — захоронения, они ведь оставляли после себя. Если бы действительно не осталось никаких следов этой цивилизации, то, как мы узнали бы о существовании скифов?

Гривна. Из альбома Вл. Шенделя «Да, Скифы — мы!»

Гривна. Из альбома Вл. Шенделя «Да, Скифы — мы!»

В.Ш.: Да, верно. Как ни старались скифы спрятать свою культуру, до конца это им не удалось. Следы этой древней цивилизации находили в разных странах. Но одно открытие было совершенно уникальным. Французские и казахские археологи обнаружили при раскопках кургана в Казахстане большой могильник. Когда гробницы были вскрыты, учёные не поверили своим глазам: все воины и их лошади лежали, как живые. Они были замурованы в ледяной панцирь.

На телах воинов хорошо были видны татуировки — потому, что сразу после захоронения случилось большое наводнение. Могилу залило водой, потом ударил мороз. И все, кто был похоронен, покрылись коркой льда. Этот лёд не растаял до наших дней. Так человечество проникло в тайны скифской культуры. Конечно, было множество других интересных находок при раскопках в разных местах, особенно в Причерноморье.

— У вас в альбоме рисунки «Встреча с амазонками» и другие. Неужели амазонки жили не «в дебрях Амазонки», а в Придонцовье?

В.Ш.: Ну, да, амазонки жили на побережье Азовского моря. Это была хорошо организованная цивилизация. Скифы с ними встречались, проводили у них в гостях некоторое время. Веселье было на всю округу, вино лилось рекой. Потом рождались дети. Мальчиков забирали себе скифы, а девочек — амазонки. А дальше — расставание. Печальная картина: младенцы, что на руках у отцов, тянутся к матерям. Крик, плач кругом стоит. Вот это драматическое событие я попытался передать в графической работе «Амазонки отдают сыновей скифам».

— Сколько времени ушло на создание альбома?

В.Ш.: Собрать альбом несложно, когда есть рисунки. Над рисунками я работал несколько лет. Сделал две-три выставки, потом занялся изданием альбома.

— Герои Ваших графических произведений — люди. Вы изобразили тысячи лиц, у каждого персонажа свой нрав, темперамент, характер. Какие качества в человеке Вы цените больше всего?

В.Ш.: Порядочность, честность и гордость за свою землю, за свою историю. Если этого не будет, то не будет и личности.

— У Вас много друзей?

В.Ш.: Нет, не много, но они надёжные. Я дорожу дружбой. Людей я чувствую, по лицам можно прочитать, какой ты есть.

— Спасибо, Владимир Степанович! Успехов Вам!

Просмотров: 3215
Рекомендуем почитать


Новости Партнеров



Новости партнеров

Популярное на сайте
Колесу 300 000 000 лет? Разгром «дикой дивизии горцев» на Украине или за что батька Махно кавказцев резал Как историки сочиняли Монгольскую империю Как жили помещики в России начала и средины 19 века Чего не любят демократы и либералы? История, кто ты, великосветская дама или продажная девка?