Русская Правда

Информационно-аналитическое издание наследников Ярослава Мудрого

Русская Правда: аналитика, статьи и новости, которые несут Правду для вас!

Вернули Крым, вернём и недра! "Небесную сотню" Майдана положили свои же Мифы господина Кудрина о пенсионной дыре «Грузиномайдан» и легитимность украинской власти
Новости Сегодня
Новости Партнеров
Новости Партнеров

Китай претендует на единоличное лидерство в Евразии

Торговое соглашение между Евразийским союзом и Китаем зависло на стадии переговоров. Вместо поиска компромиссов с Союзом Пекин продолжает торговое и инвестиционное «освоение» стран-членов ЕАЭС поодиночке. Тем не менее, несмотря на то что китайская экономическая экспансия не может объективно не вести к вытеснению России из Средней Азии, Москва как главный локомотив интеграционных процессов на постсоветском пространстве не спешит пересматривать свою стратегию разворота на Восток.

Стратегическое соглашение на стадии согласований

Решение о начале переговоров по договору о торгово-экономическом сотрудничестве между ЕАЭС и КНР Евразийская экономическая комиссия приняла еще 8 мая 2015 года. В основном соглашение касается вопросов технического регулирования и таможенного администрирования, но никак не затрагивает вопрос создания зоны свободной торговли, поскольку, как объясняет директор Центра интеграционных исследований Евразийского банка развития (ЕАБР) Евгений Винокуров, «если полностью обнулить защиту наших рынков, Китай похоронит всю российскую промышленность».

Второй аспект – регулирование капиталовложений. «Во многом именно это соглашение должно определить вектор инвестиционного взаимодействия в среднесрочной перспективе между Китаем и ЕАЭС, в том числе за счет сопряжения ЕАЭС и Экономического пояса шёлкового пути (ЭПШП)», – говорит главный экономист ЕАБР Ярослав Лисоволик. Особо выделены четыре направления, объясняет президент Делового совета ЕАЭС Виктор Христенко, это транспорт, энергетика, телекоммуникации и финансы, на которые, как на каркас, будет нанизываться работа бизнеса.

Подписей под документом до сих пор нет. По итогам четвертого этапа переговоров, прошедшего 26 июля в Москве, стороны в очередной раз «достигли значительного прогресса в согласовании текста соглашения» и договорились в следующий раз поговорить на эту тему осенью в китайском Ханчжоу. На стадии консультаций находится и соглашение об обмене информацией о товарах и транспортных средствах, перемещаемых через границу ЕАЭС и КНР, работа на которым началась еще в 2012 году.

«Все кредиты связанные»

А пока идут переговоры, Пекин продолжает «окучивать» страны Союза поодиночке путем капиталовложений в сырьевые и инфраструктурные проекты и выдачи связанных кредитов, которые предполагают согласие с определенными требованиями. Причем прослеживается четкая закономерность. «Чем меньше страна, тем жестче условия предоставления [китайских] кредитов или инвестиций», - объясняет председатель «Евразийского аналитического клуба», эксперт Российского совета по международным делам Никита Мендкович. И остро нуждающиеся в модернизации собственных экономик постсоветские страны вынуждены соглашаться.

Пекин активно развивает отношения с Белоруссией, которую он рассматривает как «логистический перекресток» ЭПШП между Востоком и Западом, Балтийским и Черноморским побережьем. В 2014 году Экспортно-импортный банк Китая и Государственный банк развития Китая открыли Минску кредитную линию на сумму $14 млрд., не считая других финансовых вливаний и межбанковских займов. Но положение не такое радужное, как может показаться на первый взгляд. «Все кредиты связанные и должны быть направлены на реализацию инвестиционных проектов в сфере транспорта, энергетики, промышленности, развития инфраструктуры, поддержки малого и среднего бизнеса, а также на проекты в рамках создаваемого на территории Смолевичского района Минской области индустриального парка», – говорится в специальном исследовании Российской академии наук.

По задумке Минска, в индустриальном парке «Великий камень» «будут сосредоточены высокотехнологичные предприятия со всего мира», что поможет Белоруссии совершить технологический скачок и решить проблему финансовой стабильности. Но пока среди резидентов парка доминирует китайский бизнес, в чем нет ничего удивительного. «Согласно достигнутым договоренностям, при реализации проектов в рамках парка “Великий камень” доля китайского оборудования, работ и услуг должна составлять не менее половины от общей стоимости каждого согласованного индивидуального проекта», – напоминает исследование РАН.

Интересуется Пекин и Арменией. С 2000 года товарооборот между двумя странами вырос в 50,5 раза. В июле стало известно, что машиностроительная корпорация China Machinery Engineering Corporation планирует масштабную скупку активов в энергетической и строительной отрасли кавказской страны. Пока это лишь планы, но опыт Средней Азии показывает, что при желании Поднебесная может быстро нарастить свое влияние в любой постсоветской стране.

За годы независимости внешнеторговый оборот стран СА в значительной мере переориентировался на поставки энергоресурсов и сырьевой аграрной продукции в Китай и закупки там широкого спектра готовой продукции. Цифры показывают, что рост торговли с Китаем автоматически привел к вытеснению России из региона.

Объем китайских прямых иностранных инвестиций (ПИИ) в экономике СА за последнее десятилетие вырос в 11,6 раза. В основном эти деньги предоставляются в виде долгосрочных связанных кредитов и вкладываются в минерально-сырьевой комплекс (95-98%). Хотя в последнее время Пекин интересуется также сельским хозяйством и прощупывает перенос своей «грязной» индустрии в страны региона. Фактически чем меньше и экономически слабее государство, тем масштабнее проникает и прочнее закрепляется китайский капитал, особенно в кризисные периоды.

Наша задача получить доступ на китайский рынок

Сложившуюся ситуацию должно исправить торговое соглашение с Пекином, но пока договориться не удается. По просочившейся в СМИ информации, Китай выдвигает ряд невыгодных для ЕАЭС требований и отвергает встречные предложения ЕЭК. По задумке руководства ЕАЭС документ должен дать возможность нарастить несырьевой экспорт евразийской «пятерки» в КНР и упорядочить процесс китайского инвестирования. Если брать Россию, то в I квартале нынешнего года 80% экспорта в Китай составило сырье, тогда как в импорте из Поднебесной преобладает высокотехнологичная продукция (55,5%). Такая же ситуация и в других странах Союза, а кое-где дела еще хуже.

Но отказываться от торговли с Пекином, как и от китайских инвестиций, для стран ЕАЭС сродни экономическому самоубийству. «Наша задача, конечно, сделать так, чтобы российские товары имели больший доступ на китайский рынок; он большой по объему, соответственно доступ на него – это одно из условий активного роста российской экономики», – заявил министр экономики РФ Максим Орешкин 1 августа на конференции стран БРИКС. Например, «очень важно, чтобы через платформы электронной торговли российские производители, расположенные в разных регионах, получили прямой доступ к китайским потребителям. Китайский рынок – один из самых больших рынков в мире. Это рынок объемом в 1,3 млрд. человек», – добавил министр, выступая на следующий день.

К тому же страны Союза крайне заинтересованы в транзите китайских товаров через свою территорию, что, кроме простого заработка, сулит инфраструктурную революцию в некоторых регионах ЕАЭС. «Это сверхактуально для Урала и Сибири и, конечно, для всех государств Центральной Азии. Транспортные коридоры продвигаемого Китаем ЭПШП теоретически могут “сшить” макрорегион воедино, обеспечив связь между ресурсами, производствами и рынками сбыта», – говорит Е. Винокуров.

Экономическая экспансия Пекина выглядит закономерной, поскольку имеет под собой объективную основу. В 1999-2015 гг. китайская экономика выросла в 10 раз, экспорт из КНР достиг $2,2 трлн., что на 60% больше, чем у США, и на 75% – чем у Германии. Кстати, за это время Поднебесная в 21 раз нарастила свои золотовалютные резервы (до $3,3 трлн.), в результате чего сегодня «четверть всех мировых инвестиций в основные фонды приходиться на Китай, что на 30% больше, чем в Европейском союзе, и на 40% по сравнению с США», – отмечают в РАН.

Поворот во внешней политике Пекина обозначился в 2012 году, когда был провозглашен приоритет «периферийной дипломатии», что предусматривает активное развитие связей с соседями по региону. На следующий год была провозглашена концепция «Один пояс – один путь», что автоматически включило в орбиту экономических интересов Китая все страны-члены ЕАЭС. С другой стороны, «отставание и дисбалансы в инвестиционных отношениях с Китаем отчасти отражают неопределенность наших собственных приоритетов во внешнеэкономической сфере, и чем более ясно и четко эти приоритеты будут сформулированы, тем большей будет и отдача от отношений с таким гиперпрагматичным партнёром, как Китай», – подчеркивает Я. Лисоволик.

Главный экономист ЕАБР предлагает ввести элементы обусловленности не только по отношению к китайским, но и вообще ко всем иностранным инвестициям. Это «условия, связанные с уровнем экологичности производства, уровнем технологий, которые передаются российским компаниям в процессе реализации проектов, секторальной приоритизацией прямых инвестиций, использованием рабочей силы и оборудования из стран ЕАЭС», считает Я. Лисоволик. Вопрос только в том, пойдет ли на такие условия Пекин.

Просмотров: 368
Рекомендуем почитать


Новости Партнеров



Новости партнеров

Популярное на сайте
Арифметические загадки Цивилизации Флаг и герб Тартарии. Часть 2 Растения живые и чувствуют боль Что такое РАСА? История, кто ты, великосветская дама или продажная девка? Рысь - священное животное русов