Русская Правда

Русская Правда - важные новости оперативно и ежедневно!

Аналитика, статьи и новости, которые несут Правду для вас!

В Киеве поселился страх Психическая атака на Порошенко Продавить Россию не вышло, Путин переносит игру на «американское поле» С Запада пришло предписание: «всем славянам самоликвидироваться»
Новости Сегодня
Новости Партнеров
Новости Партнеров

Обман у славян — магический прием

ОБМАН — магический прием, используемый для защиты от нечистой силы, болезней и других опасностей; имеет как акциональное, так и вербальное выражение, т. е. может быть либо действием, совершаемым с целью ввести в заблуждение адресата, либо неправдой, сообщаемой с той же целью.

В ю.-слав. традиции широко применялись основанные на обмане ритуалы защиты новорожденного в семьях, где «не живут» (т. е. умирают в младенчестве) дети. Для того чтобы злая судьба (смерть) не унесла новорожденного ребенка, ее старались обмануть, изобразив дело так, что родился не ребенок, а волчонок или дьяволенок (отсюда защитные «звериные» имена типа серб. Вук ‘волк’), что ребенок не родился, а был найден (ср. болг. «защитное» имя Найден) или куплен (т. е. это не тот, кого должна забрать смерть), что ребенок родился не в этом доме, а в другом, у других родителей.

С желанием обмануть смерть и обеспечить себе возможность рождения новых детей связан ю.-слав. обычай, запрещающий матери, у которой умер первый ребенок, участвовать в похоронах, ходить на кладбище, оплакивать его, носить по нему траур и т. п.; напротив, нередко ей предписывалось выражать радость и веселье, участвовать в праздничных хороводах, петь, носить украшения вопреки общим предписаниям, действующим в период траура (см. Вак.ПО:154; Мал.ПОБ:91). С этой же целью женщины, у которых умирали дети, следующие роды старались совершать в ином месте, в окружении других лиц, иным способом, чем предыдущие: например, уходили рожать в сени (рус.) или в дом, где все дети были живы и здоровы (словац.); роды принимала не повитуха, а муж (босн.); рожать надо было в медный таз (в.-серб., Ант.АП: 134); бабка, приняв ребенка, подавала его в избу, стоя к двери задом (рус., нижегород., Зел.ОРАГО 2:751) и т.п. Ради обмана злой судьбы новорожденного первый раз кормила не мать, а другая женщина, крестили не прежние кумовья, а новые (случайные, встреченные), после крещения возвращались домой иной дорогой, вносили ребенка в дом не через двери, а через окно, и т. п. Иногда, чтобы предотвратить смерть новорожденного, мать разыгрывала сцену смерти ребенка, изображала свое горе, громко оплакивала его (имитация смерти в случае тяжелой болезни ребенка практиковалась и у вост. славян).

Эффективным считался не только акциональный, но и вербальный обман смерти: когда рождался мальчик в семье, где умирали дети, повивальная бабка кричала во весь голос: «Слушайте, люди и народы! Родила волчица волка всему миру на знание, а ребенку на здоровье!» (СЕЗб 1934/50:35-36). В серб. области Метохия был обычай, по которому, когда в семье после нескольких подряд девочек рождался долгожданный мальчик, следовало распустить слух, что снова родилась девочка, — это должно было защитить новорожденного от смерти (Раск. 1987/49:67).

Мотив «чужого ребенка» («подмены ребенка») объединял несколько видов защитных ритуалов. В течение семи дней возле роженицы вместо ребенка лежал запеленатый валек для белья. Прежде чем первый раз уложить младенца в колыбель, туда клали какое-нибудь живое существо — курицу, петуха или кошку, чтобы они, а не ребенок, стали возможной жертвой злых сил.

Чтобы обмануть судьбу, сразу после рождения ребенка повивальная бабка или мать выносили его на дорогу, на перекресток, на мост, к церкви и т. п. и там оставляли, дожидаясь в укрытии, чтобы какой-нибудь прохожий подобрал ребенка; нашедший становился кумом или объявлял себя родителем, продающим своего ребенка, а мать становилась покупателем (ю.-слав.). По обычаям вост. Сербии, такому ребенку давали магическое имя Живан, Живорад, Живко или Живана, Живка; в районе Мосни на место, где лежал подброшенный ребенок, клали завернутый в пеленку молот, «чтобы несчастье ударило в него» (ГЕМБ 1958/21:252). Болгары чаще называли «подброшенных» детей Найден (Марин.НВ:159).

Случалось, что родители инсценировали продажу своего ребенка в другой, благополучный дом: «продавали» ребенка соседям за некоторое количество муки (босн., СЕЗб 1925/32:385); приглашали в дом красивого здорового парня и просили, чтобы он «купил» ребенка у отца; парень брал ребенка на руки и платил золотой или серебряной монетой (босн., GZМ 1907:490). У сербов такие дети часто получали имя Продан или Продана (Раcк. 1994/77-78:54-55). Если «продажа» или просто передача новорожденного в благополучный дом совершалась тайно, то она превращалась в кражу: ребенка втайне от домашних уносили в какой-нибудь дом и держали, пока родные не узнают, где он, и не заберут его (болг., СбНУ 1900/16-17:224).

Символическая купля—продажа детей известна и вост. славянам. У русских Вологодской губ., «если предшествующие дети у родителей умирали, то практикуется мнимая продажа детей, состоящая в том, что родители дают несколько копеек лицу, у которого дети растут сильные и крепкие. Этот человек берет деньги, покупает в церкви свечку и ставит ее тому святому, имя которого дано мнимо-купленному новорожденному. В жизни и покупщик и ребенок обоюдно зовутся мнимыми: кум, кума, божат, божатка» (Иван. МЭВ:111). В Пензенской губ. подавали ребенка с ломтем хлеба в окно нищему, после чего женщина выходила к воротам и покупала младенца у нищего за две или четыре копейки (Зел.ОРАГО 2:968).

На обман демонов были рассчитаны у сербов такие «отвращающие» имена детей, как Мртвак («мертвый»), Кривою («кривой»), Малко («маленький») и т. п. С этой же целью ребенка до определенного времени (а иногда и всю жизнь) называли не настоящим его именем, данным при крещении, а другим, чужим именем, причем девочка могла носить мужское имя, а мальчик — женское, ребенок, рожденный в христианской семье, мог носить мусульманское имя или наоборот. Мотив обмана лежит также в основе запрета хвалить ребенка, особенно новорожденного, и предписания ругать его, называя его безобразным, «гадом» и т. п. Как разновидность обмана может пониматься и обычай «кувады»: во время родов муж роженицы ложился в постель и изображал родовые муки, отвлекая внимание злых демонов от жены и ребенка.

С целью обмана судьбы-смерти, когда после похорон снимали покрывало с зеркала, сначала к зеркалу подносили кошку и лишь после этого разрешали смотреть людям; когда переезжали в новый дом, первой в дом пускали кошку, надеясь, что подмена человека животным обезопасит человека.

С помощью обмана южные славяне защищали близнецов, «однодневников» и «одномесячников» от гибели, грозящей им, по народным верованиям, в случае смерти их «двойника». Оставшегося в живых отводили на кладбище и символически погребали, присыпая землей, или же он ложился в гроб, скрещивал руки на груди и изображал покойника, а затем вылезал из гроба, оставляя вместо себя какую-нибудь свою вещь или предмет, имеющий одинаковые с ним размеры: мерку роста — нитку, прут, специально изготовленную в его рост свечу. В центр. Болгарии в могилу опускали камень соответствующего веса со словами: «оставляю тебе камень, он будет тебе братом». Иногда в гроб клали черного цыпленка или щенка. При этом заключалось новое «побратимство», с новым лицом, вместо умершего (БЕ 1989/2:20). В Косово в случае двух смертей в одном доме в течение года, что, по поверью, грозило третьей смертью, обманывали смерть тем, что при вторых похоронах в гроб клали тряпичную куклу, как бы заменяющую третьего покойника (Vuk.SК:312).

Обман болезней (демонов болезней) широко использовался в медицинской магии: чтобы обмануть лихорадку и сбить ее с пути, больной уходил из дому пятясь, прятался в бане, конюшне, сарае, или же выходил из дома и затем возвращался, ступая в свои же следы; уходил ночевать к соседям много ночей подряд (ю.-слав.); уходил из дома тайком, оставляя лихорадке послание: «Дома нет, приходи вчера» (такими же словами защищались от нечистой силы, например, домового) или «Такого-то нет дома» (у русских при море скота вывешивали сообщение, что в деревне нет ни коров, ни овец, ни лошадей); прикидывался больным, изображая приступ лихорадки, чтобы настоящая болезнь прошла мимо; изображал из себя покойника: обмазывался сажей или грязью и забирался в яму, где лежал неподвижно и не отвечал на «призывы» лихорадки, пока ей это не надоедало и она не оставляла его в покое (вятск.); выходил из дома и накрывался корытом: лихорадки, думая, что он лежит в гробу, проходили мимо (сибир.); ложился в специально выкопанную яму, а затем его протаскивали через расщепленный прут шиповника, после чего прут закапывали в яму, веря, что закапывают болезнь (болг.), и т. п.

В отношениях с нечистой силой обман признавался действенным средством: в заговорах демонов заманивали в нездешние места обещанием богатых угощений и всяческих услад; льстивыми обращениями старались отвлечь внимание от себя и отослать прочь; изображали себя несчастными, убогими, нечистыми, зловонными и т. п., чтобы напугать враждебную силу и защитить себя. В быличках о ходячих покойниках популярен сюжет о покойном муже, досаждающем своей вдове: женщина садится на пороге, расчесывает волосы и наряжается, пришедший покойник спрашивает, куда она собирается, а жена отвечает, что идет на свадьбу — брат с сестрой женится или сын с матерью и т. п. (см. ВСЭС:189). Чтобы уберечь от демонов невесту, которая особенно подвержена порче, на свадьбе, когда приезжают за невестой, сначала выводят «ложную» невесту (хорв., ГЕМБ 1927/2:23).

У всех славян известен фольклорный мотив обмана смерти. В Полесье рассказывают быличку о том, как один человек, желая обмануть смерть, сделал себе вращающуюся кровать: когда смерть приходила и становилась в ногах, он поворачивал кровать, и смерть оказывалась в головах. Но в конце концов человек понял, что смерти не миновать: «крути не крути, а треба умерти».

Вербальный обман (сообщение неправды) был одним из способов отгона градовой тучи. В зап. Сербии при появлении тучи женщины с одного края села, с одной горы кричали женщинам, живущим на другой горе, и спрашивали, в какой день недели в этом году был Юрьев день. Ответ должен был быть неправильным, следовало назвать один из предшествующих дней, тогда туча оказывалась обманутой и поворачивала в обратную сторону.

Значительно реже использовался обман в продуцирующей магии. Например, сербы во время крашения пряжи считали полезным рассказывать какую-нибудь небылицу, заведомую неправду, тогда дело удавалось лучше (СЕЗб 1934/50:16), ср. серб. выражение: немоj да ме фарбаш ‘не обманывай меня’, букв.: «не надо меня красить». У всех славян считается, что ложь благоприятствует разведению домашней птицы. Сажать птиц на яйца старались скрытно от посторонних. Чтобы защитить наседку и ее потомство, рекомендовалось «кого-нибудь обмануть, лучше всего священника» (Славяноведение 1994/5:63). Предпочитается также сажать наседку на яйца от чужих кур, которые следует выменять у соседей или украсть, выпросить, прибегнув к какой-нибудь лжи. Широко известно также суеверие, по которому обман оказывает положительное воздействие на процесс литья колокола: когда начиналась отливка, распускали заведомо ложные слухи, чтобы колокол получился звучным (укр.. ЕЗ 1898/5:192; рус., Зел. ОРАГО 3:1012; пол., ZWАК 1879/3:127).

Вместе с тем в народной этике ложь и обман получают однозначно отрицательную оценку и расцениваются как грех. По з.-бел. поверью, «хто на гетом сьвеци лже, то на том сьвеци ходзиць, язык высалапиўшы» (Fed. LВ 1:223). По полес. поверьям, если «нечестная» невеста скроет свой «грех» и наступит на дежу (вместо того, чтобы обойти ее или перепрыгнуть), это грозит большой бедой: хлеб, замешенный в этой деже, не будет удаваться, семь лет земля не будет родить («невеста свой хлеб притопчет»), скот погибнет, «дети не будут жить», в семье не будет ладу и т. п.

В сказках, легендах, быличках обман — один из популярных мотивов; с помощью О. хитроумные герои достигают своих целей, избегают опасностей и побеждают врагов и соперников. В слав. паремиологии и фразеологии теме правды и лжи посвящено множество пословиц, поговорок, клишированных выражений и формул. Лексика лжи и обмана обнаруживает связь с мифологическими мотивами, ср. рус. просторечные обозначения: обмикулить. объегорить, подкузьмить, обволхвить и т. п. (см. в частности: Усп.ФР:139-140).

 

С. М. Толстая

 

Славянские древности. Этнолингвистический словарь под ред. Н.И.Толстого.

Т. 3. М., 2004, с. 457-460.

Лит.: Толстая С. М. Магия обмана и чуда в народной культуре / / Логический анализ языка. Истина и истинность в культуре и языке. М., 1995:109—115; она же. «Ако се деца не држе»: магические способы защиты новорожденных от смерти // КСК 2002/7:55-87; Усачева В. В. Ритуальный обман в народной медицине // ЖС 1996/1:29-30.

Просмотров: 514
Рекомендуем почитать

Новости Партнеров



Новости партнеров

Популярное на сайте
Отзывы американцев на сказку "Морозко" Энергетические паразиты из невидимого мира Кубанский ученый разработал технологию печати солнечных панелей на принтере Тисульская находка 7 тайн продажи Аляски Лики "Русских Богов" в Америке