Русская Правда

Информационно-аналитическое издание наследников Ярослава Мудрого

Русская Правда: аналитика, статьи и новости, которые несут Правду для вас!

Влажные мечты Киева о «хорватском сценарии» Что даст России «глухая оборона» против действий Запада на Украине? Рада гонит Порошенко вон Как США хотят уничтожить критическую инфрастркутуру России?
Новости Сегодня
Новости Партнеров
Новости Партнеров

Пылающая Украина глазами кыргызстанца (часть первая)

3 месяца на Украине провел коренной кыргызстанец, живущий в Бишкеке. Работая фотокорреспондентом Европейского пресс-фотоагентства (EPA) Игорь Коваленко наблюдал зарождение конфликта в Киеве, а также то, как насилие вышло за пределы столицы. С фотоаппаратом в руке он зафиксировал развитие боевых действий на юго-востоке Украины.

Редакция StanRadar.ком попросила Игоря Коваленко поделиться личными впечатлениями от увиденного. Это первая часть интервью.

SR: Ты был на майдане в Киеве. Пожалуйста, опиши свои впечатления.
— На Майдане были люди не только из «Правого сектора», но и обычные с сел, с районов, с областей Украины, которые просто не хотели жить с Януковичем.

Все мне говорили — «Мы не знаем, что нас ожидает завтра. Все меняется, а будущего у нас, и у наших детей просто нет». Всех это «задолбало». Началом Майдана стал разгон студентов с гитарами, которые захотели выразить свое мнение, сказать что они думают о власти. Но их «тупо» разогнали. Хотя, если бы они посидели еще пару дней поиграли на гитаре, они разошлись бы, и никакого Майдана бы не было.

SR: Можно ли сказать, что люди, митинговавшие на Майдане были наняты?
— Наверное, 50 на 50.

SR: Как ты это определил?
— Просто знаю. Мужики, которые приехали из сел, стоявшие и державшие кольцо Майдана, они, мне кажется, не были куплены. Им люди приносили кушать, а они говорили, «мы приехали, чтобы сместить Януковича».

А те, кто выступал от «Правого сектора» и из других организаций, которые сидели внутри периметра Майдана, периодически тренировались и ходили по городу с факелами, они, стопудово, были купленные. Они ходили с большими пластиковыми коробками, собирали деньги. Как до нас потом дошло, деньги туда просто клали утром командиры отрядов, а рядовые бойцы просто добирали деньги у народа «на поддержание революции».

SR: Изменилось ли на Украине отношение к Януковичу после того как он бежал, по прошествии этих месяцев?
— Не изменилось. Когда начались события на юго-востоке — он не вернулся. Если бы Янукович начал помогать финансово, что-то делать для своего Донецка, народ бы может по-другому на это посмотрел. А сейчас его даже видеть не хотят.

SR: Представители Киева утверждают, что на юго-востоке вооруженные люди частично финансируются именно за счет средств Януковича. Это не так?
— Не знаю. Простые люди этого ничего не видят. И на юго-востоке и в центре Украины.

SR: Сколько времени ты проработал на Майдане?
— Почти месяц.

SR: Когда все начиналось на Майдане, было ли среди митингующих понимание к чему это может привести?
— Нет. У них были радужные планы. Пережив две революции в Кыргызстане и видя, как мало в результате изменилось, я подсознательно понимал, что радость на Майдане от бегства Янковича преждевременна и напрасна. Надо было передавать власть конституционным путем, а не так как они это сделали.

Я своим коллегам рассказывал, что в Кыргызстане для того, чтобы первый президент, отрекся от власти, парламентская делегация летала в Москву. А второй президент в аэропорту написал отречение. В Кыргызстане прошло более цивильно, более законно.

А на Украине народ до сих пор не понял, куда это все идет и куда они пришли. Они даже не поняли, что произошло с Крымом. Они знают, что Россия его как бы забрала, но еще не осознали это.

SR: А почему не поняли?
— Мне кажется, что у них все эти 20 лет или даже 22 года работала сильнейшая пропаганда против России, против русских, «за самостийность и незалежность». Мне кажется, их так зомбировали.

SR: Были ли какие либо проблемы с безопасностью дл тебя именно в Киеве на Майдане?
— В Киеве нет. Именно на «пятачке», где находился Майдан, было спокойно. Но при этом, надо учесть, что было спокойно именно для иностранных журналистов. Не российских. Я представлялся как сотрудник Европейского пресс-агентства.

SR: То, что ты говорил на русском их не смущало?
— Нет, нет. Со мной работал Андрей Стенин из Москвы, с которым мы прошли Ошские события, Джалал-Абад и революцию 2010 года, Майдан, тот же самый… я его прикрывал, а он просто говорил: «Я из Бишкека» и все.

SR: А если бы он сказал людям, что на самом деле он из Москвы?
— Ему бы начали мешать работать. Московские ребята снимали тоже, но им говорили сразу: «Уходите. Не снимайте». Пытались закрыть объектив и так далее.
На юго-востоке ситуация обратная. Тут уже ребята прикрывали меня, говоря, что я из РИА «Новости» (Москва), а я говорил «Агентство Евро – Москва». Этого хватало.

SR: Если бы из своих фотографий или из того, что ты в целом видел, тебе бы предложили сделать символ Майдана, что бы ты вынес?
— Покрышки.

SR: Большую кучу горящих шин?
— Многие из коллег, с которыми разговаривали потом, все говорили: — «Надо выпустить сувенирный магнит – покрышки и огонь. Можно сразу же спросить — что это за город? И все скажут — Киев».

SR: А на юго-востоке?
— Там покрышек было уже мало, только поначалу, а потом просто были окопы, траншеи, бетонные перекрытия, горящие дома. Украинские военные и добровольцы стреляли, а куда прилетит снаряд из «Града» или минометный снаряд никто не знал.

SR: Сколько ты видел жертв за два месяца работы на юго-востоке Украины? Какими числами измеряется количество погибших?
— Точно не скажу, но я видел десятки погибших. Реально число значительно выше — я говорю о том, что видел сам. И я, и коллеги выезжали не всегда, когда надо было ехать, потому что боялись за свою безопасность. Иногда ты едешь в какое-то место, оно было за ополченцами, а когда ты назад возвращаешься, можешь оказаться уже в тылу у бойцов из Киева. Каждый день фронт уходил на 10-15 км вперед или назад. Трудно было понять, куда ты едешь, и куда ты попадешь.

SR: Как на вас — фотографов реагировали украинские военные и ополченцы? С кем работалось легче?
— С ополченцами было намного легче. Они разрешали снимать, они рассказывали что происходит. Многие при этом при этом останавливали нас, но когда мы представлялись, говоря, что мы из России, они спрашивали: «Где помощь, когда вы уже придете? Мы уже устали здесь стоять».

SR: Это когда про «помощь» спрашивали? В начале событий?
— Нет, в середине августа

SR: А когда ты уехал с юго-востока Украины?
— Я уехал 15 августа. До наступления ополченцев.

Твоя коллега Анна Яловкина из Бишкека просила спросить: Много разговоров идет о том, что и среди украинцев, и среди ополченцев есть некие иностранные военные — россияне или кавказцы? Так ли это?

— Меня много раз спрашивали об этом. Интересовались чаще всего наличием чеченских боевиков. Именно чеченцев я не видел. Знаю, что там много ребят из России, бывшие афганцы, просто бывшие военные люди, которым небезразлична судьба Украины. Они приезжали. По личному желанию. И это не была какая-то там команда сверху.

Ребята говорили, что видели из Испании ребят, которые за Донбасс воевали. С Сербии были ребята, воюющие за Донбасс.

SR: Какого возраста были добровольцы?
— По-разному. Мы видели девушек от 20 лет, и мужиков до 50 лет. Как-то ко мне подошел ветеран Великой Отечественной с женой и спросил: «Меня возьмут в ополчение? Я воевал здесь с фашистами. Моя жена была санитаркой, а я танкистом. Вот интересно, мне сейчас дадут автомат, хочу опять воевать с фашизмом».

Возраст разный был. У нас на фотографии была девочка, лет, наверное, 20, потом блок пост был и там две девочки — украинки, они показали паспорт, они снайперши в ополчении были.

SR: А среди бойцов АТО были заметны какие-то иностранцы?
— Я разговаривал с коллегами, которые там работали на «той» стороне, на стороне АТО, они говорили, что там много шведов, прибалтов, много поляков.

SR: Это тоже были добровольцы?
— Часть добровольцы, а часть — приезжали пострелять, как на сафари.

SR: Как менялось соотношение сил, соотношение по вооружению, по оснащению на юго-востоке между украинскими войсками и ополченцами?
— Поначалу ополченцы были вооружены старыми автоматами Калашникова, ружьями, самодельными пистолетами, гранатометами. Со временем у них появились и танки и установки «Град» и другое более современное оружие. Многое было отбито, я так понимаю, у украинской армии. Ребята рассказывали такой случай — поехали хохлы купаться, а ополченцы у них 4 танка угнали. Они даже не выставили дозор.

StanRadar.com: Ты в разговоре ссылаешься на неких «ребят», как на источник информации. Кто это - ополченцы?
- Нет, это журналисты. На Украине работает очень много коллег с разных агентств, начиная от «Associated Press» и заканчивая российскими журналистами, которые просто приезжают, работают, меняются, опять приезжают работать. Некоторые по два месяца сидят.

SR: По слухам вооружение и технику ополченцы получают из-за рубежа. Ты видел новое вооружение у ополченцев?
- Я лично не видел. Я видел старое оружие и старую технику. Если взять «Град» или танки, то на многих были две белых полосы (опознавательный знак украинской армии — прим. SR). Это значит, техника была отбита у украинской армии. Я сомневаюсь, что ополченцы сидели и рисовали бы эти полосы. У них много дел поважнее, чем заниматься этим. Новых танков, таких как в России я не видел.

SR: Но ты видел там какие-то российские воинские части?
— Россиян военных я там вообще не видел.

SR: Киевляне неоднократно объявляли о разгроме «российских военных колонн». Ты же ездил не только в ближние деревни?
— Там столько «фейков» было. Когда я был в первой командировке, был в Луганске, мы с коллегой утром завтракали, а тут пришло сообщение «на блокпост в 50 км от Луганска проходит российская военная техника – танки». Мы бросаем кушать, садимся в машину.

Едем туда. Приезжаем. Сидят ополченцы, тоже кушают и потягиваются. Мы – «А где танки»? Они – «Какие танки»? Мы – «Вот пришло сообщение, что тут танки». «Никаких танков не было. Давайте мы вас чаем напоим и езжайте назад с миром».
Там очень много «фейков», очень много.

SR: Откуда тогда у бойцов ДНР и ЛНР взялось такое количество оружия и боеприпасов?
— Как мне рассказывали ополченцы, которые служили в украинской армии еще в советское время, в районе Луганска и Донецка очень много бывших советских баз. При СССР большинство воинских частей было на юго-востоке.

Старое оружие было на складах. Просто в момент, когда было нужно, ополченцы его взяли. Допустим, километров 40 от Славянска находится соляная шахта. Мы ездили в первую командировку туда, ее охраняли украинские снайпера. Там, как нам сказали местные жители, лежит оружие со времен Первой Мировой войны. Первая Мировая, вторая Мировая, Советский союз – оно законсервировано. Оно в шахтах в смазке лежит.

продолжение следует...

Просмотров: 1578
Рекомендуем почитать


Новости Партнеров



Новости партнеров

Популярное на сайте
Победа Славян над Китаем и Сотворение Мира 7500 лет назад Древнее русское предание, ожившее в сказке Пушкина Древнерусский язык с азовъ - Андрей Ивашко Лживая письменная история Величайшие изобретения русских Историческим корням Руси - миллионы лет