Русская Правда

Русская Правда - русские новости оперативно и ежедневно!

Аналитика, статьи и новости, которые несут Правду для вас!

МИД РФ и указiвкi из Киева Операции «Клещи»: Трамп и ФСБ сговорились против Порошенко Украинский Нюрнберг Киев целит в крымский воздушный мост
Русские Новости
Новости Партнеров
Новости Партнеров

Пылающая Украина глазами кыргызстанца (часть первая)

3 месяца на Украине провел коренной кыргызстанец, живущий в Бишкеке. Работая фотокорреспондентом Европейского пресс-фотоагентства (EPA) Игорь Коваленко наблюдал зарождение конфликта в Киеве, а также то, как насилие вышло за пределы столицы. С фотоаппаратом в руке он зафиксировал развитие боевых действий на юго-востоке Украины.

Редакция StanRadar.ком попросила Игоря Коваленко поделиться личными впечатлениями от увиденного. Это первая часть интервью.

SR: Ты был на майдане в Киеве. Пожалуйста, опиши свои впечатления.
— На Майдане были люди не только из «Правого сектора», но и обычные с сел, с районов, с областей Украины, которые просто не хотели жить с Януковичем.

Все мне говорили — «Мы не знаем, что нас ожидает завтра. Все меняется, а будущего у нас, и у наших детей просто нет». Всех это «задолбало». Началом Майдана стал разгон студентов с гитарами, которые захотели выразить свое мнение, сказать что они думают о власти. Но их «тупо» разогнали. Хотя, если бы они посидели еще пару дней поиграли на гитаре, они разошлись бы, и никакого Майдана бы не было.

SR: Можно ли сказать, что люди, митинговавшие на Майдане были наняты?
— Наверное, 50 на 50.

SR: Как ты это определил?
— Просто знаю. Мужики, которые приехали из сел, стоявшие и державшие кольцо Майдана, они, мне кажется, не были куплены. Им люди приносили кушать, а они говорили, «мы приехали, чтобы сместить Януковича».

А те, кто выступал от «Правого сектора» и из других организаций, которые сидели внутри периметра Майдана, периодически тренировались и ходили по городу с факелами, они, стопудово, были купленные. Они ходили с большими пластиковыми коробками, собирали деньги. Как до нас потом дошло, деньги туда просто клали утром командиры отрядов, а рядовые бойцы просто добирали деньги у народа «на поддержание революции».

SR: Изменилось ли на Украине отношение к Януковичу после того как он бежал, по прошествии этих месяцев?
— Не изменилось. Когда начались события на юго-востоке — он не вернулся. Если бы Янукович начал помогать финансово, что-то делать для своего Донецка, народ бы может по-другому на это посмотрел. А сейчас его даже видеть не хотят.

SR: Представители Киева утверждают, что на юго-востоке вооруженные люди частично финансируются именно за счет средств Януковича. Это не так?
— Не знаю. Простые люди этого ничего не видят. И на юго-востоке и в центре Украины.

SR: Сколько времени ты проработал на Майдане?
— Почти месяц.

SR: Когда все начиналось на Майдане, было ли среди митингующих понимание к чему это может привести?
— Нет. У них были радужные планы. Пережив две революции в Кыргызстане и видя, как мало в результате изменилось, я подсознательно понимал, что радость на Майдане от бегства Янковича преждевременна и напрасна. Надо было передавать власть конституционным путем, а не так как они это сделали.

Я своим коллегам рассказывал, что в Кыргызстане для того, чтобы первый президент, отрекся от власти, парламентская делегация летала в Москву. А второй президент в аэропорту написал отречение. В Кыргызстане прошло более цивильно, более законно.

А на Украине народ до сих пор не понял, куда это все идет и куда они пришли. Они даже не поняли, что произошло с Крымом. Они знают, что Россия его как бы забрала, но еще не осознали это.

SR: А почему не поняли?
— Мне кажется, что у них все эти 20 лет или даже 22 года работала сильнейшая пропаганда против России, против русских, «за самостийность и незалежность». Мне кажется, их так зомбировали.

SR: Были ли какие либо проблемы с безопасностью дл тебя именно в Киеве на Майдане?
— В Киеве нет. Именно на «пятачке», где находился Майдан, было спокойно. Но при этом, надо учесть, что было спокойно именно для иностранных журналистов. Не российских. Я представлялся как сотрудник Европейского пресс-агентства.

SR: То, что ты говорил на русском их не смущало?
— Нет, нет. Со мной работал Андрей Стенин из Москвы, с которым мы прошли Ошские события, Джалал-Абад и революцию 2010 года, Майдан, тот же самый… я его прикрывал, а он просто говорил: «Я из Бишкека» и все.

SR: А если бы он сказал людям, что на самом деле он из Москвы?
— Ему бы начали мешать работать. Московские ребята снимали тоже, но им говорили сразу: «Уходите. Не снимайте». Пытались закрыть объектив и так далее.
На юго-востоке ситуация обратная. Тут уже ребята прикрывали меня, говоря, что я из РИА «Новости» (Москва), а я говорил «Агентство Евро – Москва». Этого хватало.

SR: Если бы из своих фотографий или из того, что ты в целом видел, тебе бы предложили сделать символ Майдана, что бы ты вынес?
— Покрышки.

SR: Большую кучу горящих шин?
— Многие из коллег, с которыми разговаривали потом, все говорили: — «Надо выпустить сувенирный магнит – покрышки и огонь. Можно сразу же спросить — что это за город? И все скажут — Киев».

SR: А на юго-востоке?
— Там покрышек было уже мало, только поначалу, а потом просто были окопы, траншеи, бетонные перекрытия, горящие дома. Украинские военные и добровольцы стреляли, а куда прилетит снаряд из «Града» или минометный снаряд никто не знал.

SR: Сколько ты видел жертв за два месяца работы на юго-востоке Украины? Какими числами измеряется количество погибших?
— Точно не скажу, но я видел десятки погибших. Реально число значительно выше — я говорю о том, что видел сам. И я, и коллеги выезжали не всегда, когда надо было ехать, потому что боялись за свою безопасность. Иногда ты едешь в какое-то место, оно было за ополченцами, а когда ты назад возвращаешься, можешь оказаться уже в тылу у бойцов из Киева. Каждый день фронт уходил на 10-15 км вперед или назад. Трудно было понять, куда ты едешь, и куда ты попадешь.

SR: Как на вас — фотографов реагировали украинские военные и ополченцы? С кем работалось легче?
— С ополченцами было намного легче. Они разрешали снимать, они рассказывали что происходит. Многие при этом при этом останавливали нас, но когда мы представлялись, говоря, что мы из России, они спрашивали: «Где помощь, когда вы уже придете? Мы уже устали здесь стоять».

SR: Это когда про «помощь» спрашивали? В начале событий?
— Нет, в середине августа

SR: А когда ты уехал с юго-востока Украины?
— Я уехал 15 августа. До наступления ополченцев.

Твоя коллега Анна Яловкина из Бишкека просила спросить: Много разговоров идет о том, что и среди украинцев, и среди ополченцев есть некие иностранные военные — россияне или кавказцы? Так ли это?

— Меня много раз спрашивали об этом. Интересовались чаще всего наличием чеченских боевиков. Именно чеченцев я не видел. Знаю, что там много ребят из России, бывшие афганцы, просто бывшие военные люди, которым небезразлична судьба Украины. Они приезжали. По личному желанию. И это не была какая-то там команда сверху.

Ребята говорили, что видели из Испании ребят, которые за Донбасс воевали. С Сербии были ребята, воюющие за Донбасс.

SR: Какого возраста были добровольцы?
— По-разному. Мы видели девушек от 20 лет, и мужиков до 50 лет. Как-то ко мне подошел ветеран Великой Отечественной с женой и спросил: «Меня возьмут в ополчение? Я воевал здесь с фашистами. Моя жена была санитаркой, а я танкистом. Вот интересно, мне сейчас дадут автомат, хочу опять воевать с фашизмом».

Возраст разный был. У нас на фотографии была девочка, лет, наверное, 20, потом блок пост был и там две девочки — украинки, они показали паспорт, они снайперши в ополчении были.

SR: А среди бойцов АТО были заметны какие-то иностранцы?
— Я разговаривал с коллегами, которые там работали на «той» стороне, на стороне АТО, они говорили, что там много шведов, прибалтов, много поляков.

SR: Это тоже были добровольцы?
— Часть добровольцы, а часть — приезжали пострелять, как на сафари.

SR: Как менялось соотношение сил, соотношение по вооружению, по оснащению на юго-востоке между украинскими войсками и ополченцами?
— Поначалу ополченцы были вооружены старыми автоматами Калашникова, ружьями, самодельными пистолетами, гранатометами. Со временем у них появились и танки и установки «Град» и другое более современное оружие. Многое было отбито, я так понимаю, у украинской армии. Ребята рассказывали такой случай — поехали хохлы купаться, а ополченцы у них 4 танка угнали. Они даже не выставили дозор.

StanRadar.com: Ты в разговоре ссылаешься на неких «ребят», как на источник информации. Кто это - ополченцы?
- Нет, это журналисты. На Украине работает очень много коллег с разных агентств, начиная от «Associated Press» и заканчивая российскими журналистами, которые просто приезжают, работают, меняются, опять приезжают работать. Некоторые по два месяца сидят.

SR: По слухам вооружение и технику ополченцы получают из-за рубежа. Ты видел новое вооружение у ополченцев?
- Я лично не видел. Я видел старое оружие и старую технику. Если взять «Град» или танки, то на многих были две белых полосы (опознавательный знак украинской армии — прим. SR). Это значит, техника была отбита у украинской армии. Я сомневаюсь, что ополченцы сидели и рисовали бы эти полосы. У них много дел поважнее, чем заниматься этим. Новых танков, таких как в России я не видел.

SR: Но ты видел там какие-то российские воинские части?
— Россиян военных я там вообще не видел.

SR: Киевляне неоднократно объявляли о разгроме «российских военных колонн». Ты же ездил не только в ближние деревни?
— Там столько «фейков» было. Когда я был в первой командировке, был в Луганске, мы с коллегой утром завтракали, а тут пришло сообщение «на блокпост в 50 км от Луганска проходит российская военная техника – танки». Мы бросаем кушать, садимся в машину.

Едем туда. Приезжаем. Сидят ополченцы, тоже кушают и потягиваются. Мы – «А где танки»? Они – «Какие танки»? Мы – «Вот пришло сообщение, что тут танки». «Никаких танков не было. Давайте мы вас чаем напоим и езжайте назад с миром».
Там очень много «фейков», очень много.

SR: Откуда тогда у бойцов ДНР и ЛНР взялось такое количество оружия и боеприпасов?
— Как мне рассказывали ополченцы, которые служили в украинской армии еще в советское время, в районе Луганска и Донецка очень много бывших советских баз. При СССР большинство воинских частей было на юго-востоке.

Старое оружие было на складах. Просто в момент, когда было нужно, ополченцы его взяли. Допустим, километров 40 от Славянска находится соляная шахта. Мы ездили в первую командировку туда, ее охраняли украинские снайпера. Там, как нам сказали местные жители, лежит оружие со времен Первой Мировой войны. Первая Мировая, вторая Мировая, Советский союз – оно законсервировано. Оно в шахтах в смазке лежит.

продолжение следует...

Просмотров: 1564
Рекомендуем почитать

Новости Партнеров



Новости партнеров

Популярное на сайте
Русская изба - обитель гармонии и счастья Влияние кукол Барби и им подобных на наших детей Татарско-русские названия русско-татарских монет Как людей разводят на работу? В секретном отделе пирамиды фараона найдена мумия инопланетянина В Галиции в 19 веке писали на памятниках на русском языке, потому что не было украинского!