Русская Правда

Русская Правда - русские новости оперативно и ежедневно!

Аналитика, статьи и новости, которые несут Правду для вас!

Что сделает Россия с остатками Украины. И почему Что будет после Алеппо 25 лет без СССР. Леонид Кравчук – гробовщик Украины Запад пугают ядерным ударом из Крыма
Русские Новости
Новости Партнеров
Новости Партнеров

Политическая эпоха украинца с ружьем

Что раньше вновь взорвет Украину – военный переворот или солдатский бунт, задает вопрос Виктор Дяченко

По заверениям штаба Антитеррористической операции (АТО), она уверенно приближается к своему победному концу. На ежедневно обновляемой карте войны территория, контролируемая сепаратистами, скукоживается и тает, словно сугроб на весеннем солнце. Однако в самих украинских войсках, среди сражающихся солдат, царят настроения, весьма далёкие от праздничной эйфории.

Не успел утихнуть скандал вокруг 51-й бригады ВСУ, военнослужащие которой вынужденно интернировались на территорию России, как новое «дело дезертиров» прогремело теперь уже в 79-й бригаде, из рядов которой за время войны сбежали в общей сложности 54 бойца, в том числе прапорщики и офицеры.

Одноразовые люди

Хотя сепаратистские СМИ утверждают, что украинские солдаты «переходят на сторону народа, против которого не хотят сражаться», причины массового дезертирства из рядов ВСУ совершенно иные. Одну из них кратко и доходчиво пояснили бойцы Львовской 24-й бригады: «Мы не хотим быть пушечным мясом».

Львовяне оказались в сложной ситуации. Держать позиции дальше под бесконечными артобстрелами было самоубийством, а сдаваться в плен к сепаратистам или интернироваться в Россию они, в отличие от бойцов других бригад, не хотели. Вот и возопила 24-я к штабу АТО: дайте приказ пойти на прорыв и выйти из «котла»! Но это был, что называется, глас вопиющего в пустыне — точнее, в донецкой степи.

Киевские генералы их, видимо, не услышали, занятые сверлением дырок под новые ордена и звезды на своих золочёных мундирах. И это, пожалуй, самое безобидное пояснение того, почему в донецких «котлах», зажатые между сепаратистами и РФ, гибнут украинские солдаты.

Но есть и другое объяснение: возможно, ценность жизни собственных солдат и офицеров для украинской власти равна стоимости пары новых «берцев». А может, и того меньше, ведь за ботинки приходится платить деньги, в то время как «пушечное мясо» обходится им, считайте, даром. Жизнями простолюдинов украинская «элита» дорожит не более, чем одноразовой посудой для пикника, хотя и лицемерно заламывают руки над их бездыханными телами. Вымирают пенсионеры — что ж, экономия бюджета, погиб солдат Максим — ну и… вечная память с ним!

Двадцать лет украинская армия была обузой для власти, и отношение к ней не изменилось. При Ющенко высшим достижением реформы ВСУ стал переход с сапог на ботинки, решение проблем голода в армии и выпуск десяти новых танков. На этом и остановились. И теперь солдаты отправляются в бой на старой технике, без современных приборов, без бронежилетов, нередко без горячей пищи и чистой воды. Но что хуже всего — без толкового командования, которое бы берегло свой личный состав.

Но не только снаряды и пули косят личный состав. Нам сейчас не говорят, каковы санитарные потери ВСУ, но они могут быть огромными, на порядок больше боевых! Так, в Афганской войне на одного раненого приходились восемь заболевших, но советский «ограниченный контингент» был хорошо подготовлен и организован. Представляете, что творится сегодня на восточном фронте Украины?!

Война показала всю гнилостность украинской системы, которая ничуть не изменилась после февраля 2014-го. В ней только вновь заменили ключевые фигуры: убрали «донецких» и вернули «оранжевых». И всё осталось по-прежнему. На днях украинскую власть обвинили в том, что она вот уже пять месяцев игнорирует проведение реформ — проще говоря, почти ничего не делает.

Если бы не эта война, то в стране вообще ничего бы не происходило. Лишь привычно бы пилили бюджет да пристраивали на должности кумовьёв…

Надоело воевать!

Неудивительно, что поддерживать энтузиазм правительственных войск с каждым днём войны всё труднее. Желающих защищать такую псевдодемократию уже почти не осталось. Не спасает даже патриотизм: украинцы не против сражаться за родину — однако они хотят, чтобы родина их снарядила, накормила и не бросала бессмысленно на убой. Одновременно с этим растёт число солдат, видевших эту войну в гробу вместе с её полководцами и стремящихся любой ценой выжить и вернуться домой, что в итоге и рождает массовое дезертирство.

Подчеркнём: именно массовое и именно дезертирство. Случаи реального перехода солдат правительственных войск на сторону сепаратистов с оружием в руках и их превращения во «власовцев» единичны. А вот организованный уход с позиций или беспорядочное бегство по одному и группами уже стало, похоже, обыденностью. При этом, независимо от причин, вынудивших солдат пойти на этот шаг, украинские власти официально называют их дезертирами. Что ж, назовём и мы, хотя это не всегда верно.

Ведь, исходя из логики украинских генералов, дезертирами, к примеру, можно назвать экипаж «Варяга», который покинул свой корабль и пересел на суда нейтральных стран. Очевидно, власти «демократической» Украины предпочитают подходить к такому вопросу по-сталински: мол, почему ж ты, с..а, в танке не сгорел?!

Общее число таких дезертиров, как минимум, уже превышает полторы сотни. Реально их больше в разы, но полной информацией штаб АТО не владеет: многие бойцы с передовой числятся пропавшими без вести, улизнувшие со сборочных пункта или вообще не явившиеся по мобилизации проходят по другим спискам. Да и не станет власть афишировать эти цифры, «очерняющие облик украинской армии».

Казалось бы, это вроде бы и немного. Однако в процентном соотношении к 30 тысячам военнослужащих ВСУ, Нацгвардии, СБУ и других силовых структур, задействованных в АТО на востоке Украины, не так и мало. Дезертирами уже стали, как минимум, 0,5% личного состава.

Ситуация все больше начинает напоминать Первую мировую и начало смутного 1917 года. Тогда с трёхмиллионного Юго-Западного фронта (учитывая тыловые и резервные части) домой до хаты рванули почти сто тысяч солдат — небритых, голодных, усталых и озлобленных на всех. Некоторых ловили, свозили в Киев (где располагался штаб фронта) для определения в штрафбаты, а потом из них сформировали первые «украинские полки». И это когда ещё существовала власть и дисциплина, а на фронт даже отправлялись тысячи добровольцев (т.н. «ударников»)!

Но прошло несколько месяцев, и новая революционная власть себя полностью дискредитировала. На Питер двинулись эшелоны «корниловцев», а фронт, рассыпаясь, побежал — и миллионы злых мужиков, прихвативших с войны домой винтовку и парочку гранат, на следующие несколько лет стали главным субъектом политики и истории…

Винтовка рождает власть

Как известно, в демократии, даже такой недоразвитой, как украинская, источником власти являются наделённые правом голоса граждане. Их ещё часто обобщающе называют народом, хотя это неверно: во времена античности «народом» (он же «демос», он же «populus») называли лишь свободных граждан республики, сейчас же слово «народ» употребляют как синоним слова «население». Но даже в наше время не всё население имеет полные гражданские права.

Граждане могут быть источником власти реально (как в западных демократиях) или лишь формально (как в постсоветских странах), но в любом случае для получения депутатских мандатов и президентских регалий политикам требуются их голоса. Вот и приходится эти голоса выпрашивать, выклянчивать, покупать, даже красть.

Жизнь политиков носит периодический характер: период колоссальных трат на выборы сменяется периодом поспешного накопления денег на следующие. А жизнь избирателя напоминает азартную игру в рулетку с неиссякаемой верой в то, что следующая ставка уж точно будет выигрышной.

Однако в эпоху военной смуты, вроде той, которая началась в Украине, всё решают не гражданские права, а наличие оружия и умение им пользоваться. Вооружённое меньшинство способно диктовать свои условия безоружному большинству, в чём некоторые украинцы, живущие в зоне АТО, уже смогли убедиться лично. При этом уже не играет большой роли, кто прав, а кто нет. Наличие оружия делает политические и социальные различия весьма условными.

Некоторые видят в этом большой соблазн отказаться от демократии в пользу силовых разрешений споров. «Верхи», например, уже не будут вынуждены тратиться на выборы и бояться, что их не переизберут. Для тех, кто только претендует на власть, но не имеет перспектив получить её демократическим путём, захват через военный переворот видится куда более надёжным вариантом. «Низы» же, отчаявшиеся добиться правды законно, видят возможность надавить на «верхи» силой оружия или вообще смести к чёрту надоевшую «элиту».

В 1917 году оружие поднималось шесть раз: в феврале, в июле (первое восстание большевиков), в августе («корниловский мятеж») и трижды в октябре (второе восстание большевиков, «путч» Краснова и мятеж Каледина). Затем счёт восстаниям и мятежам просто потеряли.

Украину в 2014-м пока что «пропутчило» дважды. Вначале на завершающем этапе Евромайдана, когда стороны начали применять друг против друга оружие. Тем самым они завершили в Украине эпоху хоть и уродливой, но всё же демократии, и сделали первый шаг к эпохе человека с ружьём, когда власть рождают уже не голоса избирателей, а винтовки — точнее те, кто эти винтовки держит и направляет.

Вторым потрясением стал длящийся до сих пор мятеж сепаратистов, который власти обещают подавить уже к осени. Но кто знает, что ещё произойдёт до конца этого года и что будет в следующем?! Не зря же ведь начали всеобщую мобилизацию…

Уже сейчас Украине грозят, как минимум, выступления разъярённой армии, солдатский бунт. Ведь попытки отдельных представителей сил АТО провести в Киеве мирные акции с требованием «услышать армию» ни к чему не привели. Армию не стали лучше снабжать, бойцы продолжают бессмысленно гибнуть по вине командования, всё острее становится проблема мобилизованных, которые просто не хотят идти на войну. А ведь, напомним, столетие назад именно мобилизованные резервисты были самой революционной частью солдатских масс.

Очень тревожным сигналом стало решение о переформировании некоторых боевых частей, участвовавших в АТО и объявленных «неблагонадежными». Ведь именно эта мера издревле всегда использовалась для предотвращения солдатских мятежей. Это говорит о том, что украинская власть уже реально боится украинцев с ружьём, вдоволь надышавшихся пороха, узревших кровь и научившихся без сомнений срезать противника автоматной очередью. Боится — и начинает предпринимать первые превентивные меры, надеясь разметать и загасить искры потенциального вооружённого мятежа.

Впрочем, мятежи бывают разными, в том числе хорошо организованными и подготовленными армейскими офицерами. Вовсе не для захвата власти, а для достижения целей, которые мятежники будут считать справедливыми и благородными. Подобные тому, что почти все из нас могли видеть в увлекательном голливудском боевике «Скала».

Печальная баллада для трембиты

Однако у мятежей и бунтов есть одно фатальное последствие: как правило, их подавляют. В случае со спонтанными вспышками недовольства неорганизованных солдатских масс — гарантированно и всегда. Это обычно и удерживает служивых от того, чтобы лихо промчаться по Крещатику на БМП с воплями «Долой!» и «На гиляку!». Ну, если, конечно, они не доведены чем-то до отчаяния или просто не напились в хлам. По статистике отечественной истории (в том числе советской), ¾ солдатских бунтов устраивали пьяные мобилизованные срочники или резервисты, и только ¼ приходилась на выступления против своего командования или властей.

Проблема любого бунта в том, что он не свергает, не меняет власть, даже не ставит перед собой такую цель — и в итоге власть, придя в себя и собравшись с силами, усмиряет бунт и наказывает смутьянов. Другое дело — военные перевороты и путчи. Они имеют шансы на успех не только в силу больших масштабов и организованности, но и потому что ставят перед собой цель взять власть под свой контроль или поменять её. Поэтому и участвующие в них солдаты уже не опасаются наказания.

Возможно ли это в Украине? Что ж, предсказать что-то наверняка, как покойная Ванга или пока ещё живой Глоба, будет невозможно. Однако мы можем узнать, существуют ли к этому предпосылки.

Для того чтобы военный переворот просто задумали, необходимо одно важное условие: невозможность достижения цели иным путём. То есть военные выходят на улицу и выстраиваются там цепями и кордонами тогда, когда исчерпаны все способы мирного решения вопроса. Увы, в случае с Украиной таких ситуаций накопилось уже немало и возникают новые.

Мы видим, как жадно рвутся к власти политики, которые не имеют шансов избраться демократическим путём или хотя бы купить себе высокое кресло. Мы видим, как быстро растёт недовольство существующей властью — при этом она всеми конечностями цепляется за свои доходные места, то есть не хочет и слышать об отставке. Мы видим, как в парламенте попираются все нормы демократии и законности, когда депутатов из неугодных фракций просто вышвыривают вон силой. Наконец, мы видим, что социально-экономическая ситуация по всей стране стремительно ухудшается, хотя это старательно прячут за потоком сводок с восточного фронта и глушат фанфарами патриотизма.

А это значит, что существуют предпосылки для военного переворота как «снизу», так и «сверху». То есть власть и сама может вывести на улицы силовиков и установить по всей стране чрезвычайное или военное положение, дабы расправляться со своими политическими конкурентами и давить народные мятежи в зародыше.

К тому же нынешний конфликт преподнёс потенциальным «пиночетам» отличный универсальный повод для проведения военных переворотов — развевающееся знамя патриотизма. Собственно говоря, под этим знаменем всегда организовывали путчи, устраивали революции и проводили репрессии. А сейчас его накал как никогда велик!

Конечно, патриотизм патриотизму рознь. Вот, к примеру, самый пылкий украинский патриот, а по совместительству олигарх и губернатор «Беня» Коломойский недавно получил ещё один военный тендер — теперь на поставку для армии бронежилетов и касок. Нетрудно догадаться, почему война для таких «патриотов» выгоднее, чем мир или даже обыкновенный Майдан. Ведь если в стране не стреляют, то нет и спроса на бронежилеты. И можно лишь с ужасом предположить, какие разрушения принесла бы эта война, если бы Коломойский получил тендер на «восстановление Донбасса». Впрочем, у него всё ещё впереди…

Патриотизм же толпы — это чаще всего роковая любовь к своей стране, которая рождает ревность и недоверие, переходящие в ненависть — когда к согражданам, когда к властям, смотря на кого укажет обличающий перст вождя. Впрочем, это не всегда требуется.

Собственно, залогом успешного военного переворота является наличие двух его действующих лиц: вооружённых людей (куда ж без них) и лидера, за которым они идут ради материальной выгоды или идейных соображений (это неважно, лишь бы выполняли распоряжения).

При этом этот лидер (или лидеры) должны ещё быть «рукопожатыми» политиками, способными вести переговоры со своими противниками и союзниками. Без этого «пиночеты» будут обречены либо на провал, либо на международную изоляцию. Например, тот же Пиночет или Франко имели поддержку западных стран, поэтому их режимы были легализованы в глазах «мировой общественности» и просуществовали долгие годы. А вот, скажем, советское ГКЧП (1991) или команда Руцкого-Хасбулатова (1993) такой поддержки не имели — и западный мир аплодировал и улюлюкал их поражению.

Что ж, политических авантюристов, пользующихся широкой поддержкой Запада, в Украине предостаточно. Правда, лишь очень немногие из них смогут получить доверие и поддержку украинской армии. Однако ВСУ им могут и не понадобиться: в Украине ещё есть Нацгвардия, СБУ, ГСО, батальоны «территориальной обороны», частные «армии» олигархов. Война нынче расплодила и легализовала самые невообразимые силовые подразделения, которых хватит на несколько переворотов. Конечно, взять под контроль всю страну им не по силам, но вот захватить Банковую и Грушевского — вполне!

Конечно, возникает вопрос: а как же поддержка народа? Но тут всё зависит от баланса сил. В варианте классического военного переворота по чилийскому сценарию поддержка народа не требовалась — у армии было достаточно сил, чтобы разогнать народ, изолировав самых недовольных на стадионах. Тем более что профессиональные военные, особенно те, кто обладает суровым менталитетом вояк, имеют очень неприязненное отношение к народу и демократии, именуя их «толпой» и «бардаком».

Если же силовой сценарий предусматривает использование вооружённых людей лишь как дополнение к политическому перевороту (вспомним кризис 2007 года и едва не начавшийся бой между ГСО и «Беркутом») для ареста своих противников и взятия под контроль ключевых правительственных зданий, то с толпой придётся считаться. В том плане, что заботой заговорщиков станет, чтобы народ не выступил против них. Как минимум — пусть останется нейтральным, сидя дома у телевизоров и желая всем политикам поубивать друг друга. Но можно и собрать толпу своих сторонников, благо, в Украине это не сложно и гораздо дешевле, чем снарядить стрелковый батальон. Пусть «майданят», кричат «геть!» и поддерживают «свержение режима предателей украинскими патриотами»…

Конечно, на демократии при этом придётся надолго поставить крест. Но, судя по всему, большинство украинцев не особенно расстроятся. Наступившая эпоха человека с ружьём их, кажется, вполне устраивает — лишь бы это ружье стреляло не в их сторону. Сейчас они готовы поддержать военный переворот исходя из патриотических порывов, после — ради «наведения порядка».

Наверное, пройдёт ещё немало времени, прежде чем в Украине смогут вновь ценить свободу, а не дисциплину, и уважать человека с избирательным бюллетенем, а не автоматом в руках.

Виктор Дяченко

Просмотров: 1355
Рекомендуем почитать

Новости Партнеров



Новости партнеров

Популярное на сайте
Мы все живем в матрице Технология глиночурка Такие народы, как татары, казахи и немцы - откуда они пошли? Древние символы в музеях Москвы Описание древних славян греком Украденные традиции: купание в проруби