Русская Правда

Русская Правда - важные новости оперативно и ежедневно!

Аналитика, статьи и новости, которые несут Правду для вас!

Война России и США на Ближнем Востоке: сценарий из недалекого будущего — II Украина готовится к последней войне в своей истории Турецкий гамбит: Зачем Эрдоган бросает пушечное мясо на штурм в Сирии Марин Ле Пен – президент: условия самого невероятного сценария
Новости Сегодня
Новости Партнеров
Новости Партнеров

Россия меняет позицию в отношении Украины?

«Мы не предлагаем федерализацию или автономию». Такое поистине сенсационное заявление сделал глава МИД России Сергей Лавров, комментируя происходящее на Востоке Украины. Это заявление в корне отличается от комментариев, которые делались по этому поводу представителями России весь последний год: Москва как раз настаивала на федерализации Украины. Что означает такая резкая смена риторики?

Донбасс – не Крым

На первый взгляд интервью Сергея Лаврова телеканалу France 24 носит дежурный характер. Оно содержит массу высказываний на самые различные темы: от экономических санкций до украинского кризиса. Однако Украина – это ключевой вопрос сегодняшнего дня, и потому слова главы российского МИДа на эту тему рассматриваются с особой тщательностью.

И в случае с этим интервью – не зря, ведь Лавров сделал поистине сенсационное заявление. Оно заключается в следующем: Россия больше не убеждает Украину федерализироваться. «Это решать самим украинцам. Мы не предлагаем федерализацию или автономию», – сказал Лавров. Второго Крыма, по словам главы МИДа, в Донбассе не будет.

Это заявление можно смело трактовать как заявку на кардинальное изменение курса России в отношении Украины. Ведь начиная с февраля 2014-го мы слышим о необходимости федерализации. Об этом говорил советник-посланник посольства РФ на Украине Андрей Воробьев. Об этом говорил советник президента РФ Сергей Глазьев, который называл эту идею «очевидной необходимостью» и даже приводил в пример Гренландию. Об этом говорили многие как в России, так и на Украине.

Об этом в марте заявлял и сам Сергей Лавров. «Федерализация – это путь к тому, чтобы каждый регион чувствовал себя комфортно, ощущал, что его права обеспечены, – это слова главы российского МИДа. – Если нынешние руководители в Киеве будут упорствовать в своем неприятии идеи делегирования полномочий регионам (а мы убеждены, что только через федерализацию это можно сделать эффективно), то думаю, что из конституционной реформы, которая в каких-то формах вроде началась, ничего толкового не получится», – говорил он.

Он призывал к диалогу между регионами, чтобы «они пришли к согласию о пути децентрализации власти и о том, что нужно сделать для того, чтобы граждане в каждом регионе могли избирать своих губернаторов». «Можно называть как угодно – федерализация, децентрализация. Главное – суть, а не название», – говорил Лавров.

При этом официальный Киев, наоборот, резко возражал против федерализации, говоря в лучшем случае о «децентрализации власти», а возможную федерализацию рассматривая как предпосылку для уничтожения украинской государственности.

Изначально было понятно, что никакого признания независимости ДНР и ЛНР Россией не будет. Подобные юридические изыски никому не нужны, кроме людей, живущих вне контекста, как руководство Южной Осетии. Но слова, которые Лавров произнес в интервью французскому телеканалу, все же сильно диссонируют с его предыдущими высказываниями.

Территориальная целостность, которой нет

Да, с одной стороны, федерализация – «дело самих украинцев», кто же спорит. Но в реальности ни официальные власти в Киеве, ни «сами украинцы» практически никак не участвуют в определении судьбы своей страны. Пропагандистские трюки о Майдане, на котором «народ выразил свою волю», и прочие сказки о прямом применении демократии в ее запорожском понимании уже никто не вспоминает, кроме как в контексте споров о демократической избранности украинского народа по сравнению с «рабством» россиян. Но это темы для обсуждения на кухне или в социальных сетях. На практике же существует несколько позиций, которые преследуются всеми сторонами украинского кризиса.

В первую очередь это степень вовлеченности (или невовлеченности) Украины как государства в военно-политические блоки (читай – в НАТО). Это и только это рассматривается российской стороной как обязательное условие возобновления нормальных, спокойных отношений с Киевом, что бы под этим ни понималось. А как и в какой форме будет достигнута приемлемая дистанция Украины от военно-политических ассоциаций, связанных с США и с Западом, уже вопрос дискуссий.

И в этом плане государственное устройство Украины – вопрос тактический. Более того, это лишь рычаг, или, если хотите, способ удержания Киева в рамках приличий. Иначе говоря, некая гарантия того, что при следующем «лучшем президенте Порошенко» очередной майдан или какая-то иная форма «народной демократии» не опрокинет к чертовой матери любые дипломатические соглашения.

Пример Януковича у нас перед глазами. Никакие записанные на гербовой бумаге слова не рассматриваются нашими «западными партнерами» как нечто священное. Да, в этом плане и Конституция Украины выглядит инструментом бессмысленным, потому что ее даже менять законодательно не нужно – на нее можно просто наплевать, как уже неоднократно делали и в Киеве, и в Брюсселе.

То же самое касается и щекотливого вопроса территориальной целостности. На эту тему написаны тысячи слов, а достичь баланса между реальными границами и правом наций на самоопределение так и не удалось. И не удастся, потому что дипломатия еще ни разу в письменной истории человечества не придумала норм, которые устроили бы всех.

Дипломатия вообще создана не для того, чтобы вырабатывать универсальные нормы, призванные осчастливить все человечество. Дипломатия – это инструмент, с помощью которого государство отстаивает свои интересы. Как разведка, пограничная служба или ракетно-ядерное оружие.

Правда в том, что нет никакой территориальной целостности. Нет Потсдамско-Ялтинской системы. Нет Хельсинкской системы. Есть только практическая политика, в рамках которой министр иностранных дел РФ Сергей Лавров в интервью французскому телеканалу обозначил некие переговорные рамки – теперь уже в несколько новом облике. Конечно, особо мятущиеся умы, которые требуют немедленного признания ДНР и ЛНР и штурма Львова, в очередной раз заголосят про «слив Новороссии». Но Лавров ничего подобного не говорил. Он сказал только про «дело самих украинцев».

На самом же деле мы не знаем, что они с Керри решили в Риме. Мы знаем только, что в обиход вернули термин «территориальная целостность», правда, с некоторой издевкой в голосе. Ведь почти сенсационное заявление Лаврова было обставлено множеством высказываний, противоречащих этой позиции. Так, министр подчеркнул, что «Крым уникален, единственный в своем роде, русская земля». И там можно разместить ядерное оружие, поскольку это не противоречит международным нормам о нераспространении такового. То есть, если вдуматься, территориальная целостность Украины вообще не рассматривается в контексте Крыма.
Про территориальную целостность Грузии с 1992 года слышно из каждого утюга. И что? В каких границах «территориальная целостность»? По 1990 год? Или по факту? Или по 1954-й, с Балкарией, Карачаем и половиной Чечни?

Та же история и с Украиной. Есть реальность конца 2014 года: никакое мирное сосуществование ДНР и ЛНР с Киевом и Львовом в рамках единого государства невозможно. Международное юридическое оформление независимости Новороссии также не только невозможно, но и просто испортит этим людям всю дальнейшую перспективу. Что они, в большинстве своем, слава богу, понимают – и не создают лишних проблем. Военная операция Киева против Юго-Востока зимой тем более невозможна. А диалог с Евросоюзом нужен. В таком контексте хоть федерализация, хоть не федерализация – все едино. И ядерное оружие в Крыму как раз вовремя.

vz.ru

Просмотров: 2591
Рекомендуем почитать

Новости Партнеров



Новости партнеров

Популярное на сайте
Как Запад опорочил образ Ивана Грозного Этимология Руси Советы по выживанию на случай войны Чем полезна красная свекла Как жили помещики в России начала и средины 19 века К истории двуглавого орла