Русская Правда

Русская Правда - важные новости оперативно и ежедневно!

Аналитика, статьи и новости, которые несут Правду для вас!

«Они же дети» плюс Навальный: Россия в точности воспроизводит украинский сценарий США собирают «железный кулак» против России Россия запустила процесс самоликвидации Украины, или Что происходит под Одессой Что означает бунт режиссеров на "Нике" после "революции детей"
Новости Сегодня
Новости Партнеров
Новости Партнеров

Ростислав Ищенко: Когда падет ЕС

В 486 году пал последний осколок Западной Римской империи — так называемое королевство Сиагрия в северной Галлии. Римский полководец (дукс) Афраний Сиагрий, которого варвары титуловали «королем римлян», в течение 10 лет после падения императорской власти в Риме сохранял на землях будущих Иль де Франса, Нормандии и Анжу имперскую администрацию и пытался утвердиться в качестве законного преемника империи. Но он был разбит в битве при Суассоне франкским королем Хлодвигом I, который присоединил государство Сиагрия к своим владениям.

Битвой при Суассоне завершилась последняя попытка сохранить римскую цивилизацию в Западной Европе. Сползание континента в «темные века» стало неизбежным.

Сегодняшнюю ситуацию в ЕС часто сравнивают с Великим переселением народов, погубившим Западную Римскую империю. Сравнение базируется на захлестывающей Европу волне беженцев из Африки и с Ближнего Востока.

Распад единого рынка как путь к политическому развалу

Однако наплыв беженцев в благополучный до последнего времени ЕС, как и атака варварскими племенами имперских границ в V веке нашей эры — лишь внешние признаки кризиса. На деле миллион или даже пять миллионов афро-азиатских беженцев столь же мало способны поколебать основы полумиллиардного ЕС (даже вкупе с уже проживающими там миллионами), сколь мало способны были угрожать Римской империи варвары, которые оптом насчитывали едва ли более миллиона человек, да еще и традиционно враждовали друг с другом.

Римская имперская армия и не с такими опасностями справлялась без проблем, а ЕС и не такие волны мигрантов поглощал. Следовательно опасность несет не само переселение, якобы ослабляющее европейскую государственность, а уже существующая слабость европейской цивилизации, не оставляющая ей возможности традиционными средствами справиться с тем, что еще недавно не только не считалось угрозой, но приветствовалось как механизм стимулирования европейской экономики.

Именно экономика и является ключевым словом в определении проблем Европейского союза, как была она ключевой проблемой ослабления и падения Рима. Более полутора тысяч лет назад была исчерпана ресурсная база античной римской экономики. Резко сократилась торговля, упали доходы казны. Армиям и чиновникам империя вынуждена была платить не деньгами, но пайками. По сути начался переход к экономическому замыканию отдельных регионов на себя, с тенденцией к дальнейшему переходу к натуральному хозяйству, который полностью осуществился уже в темные века.
Но ведь распад единого рынка ведет к распаду политической целостности. Регионам становится без надобности содержать центр, который как раз и обеспечивает единое экономическое и торговое пространство. Более того, недешевый в содержании центр становится обузой. И в регионах появляются свои удельные владельцы, за счет собственных дружин обеспечивающие защиту населения, а также интересы местной экономики и местного рынка. Интересы регионов расходятся, между ними возникают противоречия, и вот уже армии разных провинций формально единого государства самозабвенно воюют друг с другом, еще и привлекая на помощь варваров.

Кому не нравится сравнение с Римом, могу напомнить, что в эпоху феодальной раздробленности Древней Руси, когда единый хозяйственный комплекс сменили замкнутые комплексы отдельных княжеств: «А князи сами на себе крамолу коваху…. Вы бо своими крамолами начясте наводити поганыя на землю Рускую».

Раскол Европы

Сейчас то же самое происходит в ЕС. Противоречия между ориентированными на США «младоевропейцами» и «старой Европой» прорывались еще в 2003 году, когда Ширак заметил, что поддержавшие намерения США начать войну в Ираке центральноевропейские неофиты ЕС «упустили хорошую возможность промолчать».

В дальнейшем раскол Европы на «старую» и «новую», проамериканскую, проявлялся в ходе каждого серьезного кризиса, не исключая украинский. За это время к нему добавилось еще несколько линий разлома. Это противостояние суверенных европейских лидеров и брюссельской евробюрократии. Это противостояние богатого Севера и нищего Юга Европы. Это противостояние Великобритании, претендующей на особое положение в Евросоюзе и континента, считающего, что Альбион не имеет права получать преимущества статуса члена ЕС и отказываться нести общеевропейские издержки. Это, наконец, противостояние разоренной Греции и разорителей-кредиторов во главе с Германией.

Разговоры о выходе Греции из еврозоны внезапно начали материализовываться, когда греки на референдуме проголосовали за отказ удовлетворять требования кредиторов. И хоть премьер Греции Ципрас испугался кризисной неизвестности, следующей за полным разрывом с ЕС, но и евробюрократия была серьезно испугана — впервые за время существования союза страна голосовала не за присоединение к «общеевропейскому дому», а за выход из него.

Ладно, слабую Грецию с разрушенной экономикой удалось запугать и заставить уступить (хоть неизвестно, надолго ли). Но евроскептические настроения настолько усилились в Британии, что парламент вынужден был проголосовать за назначение референдума о выходе Соединенного Королевства из ЕС, а королева согласилась с тем, что референдум должен состояться между 2015 и 2018 годом.

И что-то мне подсказывает, что, чем позже он состоится, тем больше будет за Ла-Маншем желающих сказать «Европа, прости! Европа, прощай!» А Британия — не Греция. Это одна из крупнейших и в принципе устойчивых экономик Евросоюза.

Ресурсов не хватает на всех

Все эти, а также тысячи других внутриевропейских конфликтов основаны на экономических противоречиях между различными государствами, которые ЕС раньше, до начала глобального системного кризиса, успешно транслировал вовне — на неоколониальную периферию.

Системный кризис, вызванный исчерпанием ресурсной базы экономики Pax Americana, в котором ЕС занимал привилегированное положение, лишил Брюссель возможности сглаживать внутриевропейские экономические противоречия за счет перекачки в Европу ресурсов глобальной периферии. Теперь их не хватает даже для обеспечения устойчивости экономики США. В результате чего ранее делившийся награбленным с Брюсселем Вашингтон уже пытается ограбить своего европейского союзника.

Недостаток ресурсов, ранее поддерживавших общеевропейское экономическое и торговое пространство и делавшее его выгодным для всех участников (для кого-то больше, для кого-то меньше), вызывает растущую потребность евробюрократии в привлечении для финансирования недешевых общеевропейских потребностей все новых и новых ресурсов, изымаемых из национальных экономик.

ЕС становится для его членов из подателя благ их потребителем, из щедрого дарителя грабителем.
Главное же, что в условиях исчезновения общеевропейской возможности выносить проблемы за пределы ЕС, сильные члены — локомотивы.

ЕС, вроде Германии и Франции, — стали все больше использовать общеевропейские механизмы для перекладывания проблем на плечи своих младших партнеров, мотивируя это общеевропейским единством.

Но малые страны интересовались ЕС не с точки зрения разделения бремени, а желая разделить выгоды. Брюссельский центр становится обременительным в содержании, не нужным экономически и опасным политически. Даже Германия все чаще начинает решать свои (приравненные к общеевропейским) проблемы в ходе двусторонних контактов как с членами ЕС, так и за его пределами.

ЕС вступил в очевидный системный кризис, погубивший до него не одну империю. И ситуация с беженцами, которая вдруг до основания потрясла единую Европу, — лишь результат, но никак не причина этого кризиса. Варвары разрушают только ту империю, которая уже сгнила внутри.

Впрочем, кризис может закончиться гибелью, а может — обновлением. Еще года два назад у ЕС были все шансы на обновление. За последние два года он слишком усердно следовал в фарватере внешней политики США и, в результате, слишком далеко зашел по пути саморазрушения.

Центробежные силы стали слишком явными, уже даже не евроскептики, а откровенные еврофобы получают все большую поддержку на национальном уровне. Хватит ли у Европы сил, решимости и, главное, времени для необходимых реформ, которые могли бы спасти единую Европу? Сомнительно, но пока не случилась битва под Суассоном, у «королевства Сиагрия» был шанс устоять.

Ростислав Ищенко

Просмотров: 2139
Рекомендуем почитать

Новости Партнеров



Новости партнеров

Популярное на сайте
Кто такие русские Боги и кто такие русские люди? Великая Тартария - предшественница России Емельян Пугачёв и его восстание Русские не славяне Мои Предки Инопланетяне 1 Мы здесь хозяева - Георгий Сидоров