Русская Правда

Русская Правда - русские новости оперативно и ежедневно!

Аналитика, статьи и новости, которые несут Правду для вас!

Период полураспада Америки Украинская власть: геноцид в Донбассе – не межэтнический конфликт! Почему враждует с нами Запад Администрация Трампа показала лицо: итак, приоритеты расставлены?
Русские Новости
Новости Партнеров
Новости Партнеров

Судьба Эрдогана висит на волоске, времени очень мало

На карте Ближнего Востока появилась новая точка напряженности. Так, Турция ввела войска на территорию Иракского Курдистана. Какие цели преследует Эрдоган в Иракском Курдистане и Сирии? Как России дальше выстраивать свою ближневосточную стратегию? На эти вопросы отвечает востоковед, арабист, доктор социологии Алексей Новоточинов.

Ситуация на Ближнем Востоке

— Россия все более и более втягивается в сирийский кризис. Туда же втягивается и Турция, которая недавно ввела в Ирак танковое подразделение. С вашей точки зрения, кто следующий?

— Конечно, следующий в этой разборке — это ООН, которая и породила этот бардак, не проконтролировала, дала разрастись этой метастазе. Это раковая боль. Следующая жертва — это турецкий народ. Потому что Эрдоган — бандит.

Бандит с той точки зрения, что он сейчас в общении с Россией, великой державой, придуривается. Мы — великая держава, и с нами надо разговаривать надо как минимум учтиво и вежливо.

— Мы до поры до времени пытались, как Сергей Лавров сказал итальянским СМИ, урегулировать проблемы по внутренним каналам.

— Я Сергея Лаврова и Сергея Шойгу назвал в одном из своих интервью двумя бриллиантами в нашей политической модели государства. Но этого было мало, недостаточно быть бриллиантом. И тогда пошли вперед войска. Я считаю, что у нас есть только два союзника: армия, флот и наш общенациональный язык, культура.

И есть еще два очень сильных скрытых союзника. Это скрытое волеизъявление арабов, у них есть такое понятие, как историческая память. Они помнят, что есть Асуанская плотина, это с точки зрения архитектуры и энергетики ювелирный проект по качеству, и он до сих пор работает. И таких проектов можно назвать миллион: Tapco в Сирии, гидроузел «Хадита» в Ираке или, допустим, наши плановые работы «Курна» на юге Ирака.

— Вы видите какой-то недостаток в нашей сегодняшней политике на Ближнем Востоке? Или все поддерживаете?

— У меня есть свое профессиональное мнение, которое поддерживается, прежде всего, моим многолетним опытом, включая мою службу в Ираке, Афганистане, Иране, много я работал и в Саудовской Аравии. Мы очень опаздываем.

— А когда надо было в Сирии начинать?

— Я могу сказать, что лет пять назад надо было начинать.

— Это как раз в начале гражданской войны, когда Хомс восстал?

— Совершенно справедливо. Причем было видно и было понятно, что нужен сторонний наблюдатель. Обратите внимание, что даже в свадебном деле есть баба Бабариха, сваты приходят. Так и в конфликте — всегда есть посредник. Какое-то время таковым являлся Евгений Максимович Примаков, светлая память этому человеку.

— Вам понятно, что сейчас будет с Сирией? Прозвучало четкое заявление Матвиенко — закрыть границу с Турцией. Как ее закроют? Физически границу можно закрыть?

— Я думаю, это очень тяжело. Матвиенко — человек славный, имеет греческий опыт дипломатической работы, дай бог ей здоровья и удачи, но этого мало. Нужна войсковая операция. Тут надо очень серьезно посмотреть на структуру решений. Прежде всего, нельзя допустить скатывания с заявлений президента. А президент очень четко сказал, что войсковой наземной операции не будет. А как вы собираетесь границу перекрывать? Какими силами? С самолета бочками?

— Может быть, иранскими какими-то силами?

— Нет, Иран — это великая держава. Я всегда говорил и буду говорить, это наш союзник. Любят они нас, не любят — это десятый вопрос. Мы привязаны, как союзники, через подбрюшье, через Каспий любить друг друга. И кстати, одна из основополагающих сил, которая помогает Башару Асаду, бывшему офтальмологу, заниматься серьезными делами, — это «Хезболла».

Но вопрос — чьими силами закрывать границу? Кого вниз-то нанимать? Парашютистов с какой стороны? За чей счет? Кто будет платить? И кто потом будет отвечать за последствия? Я много шастал туда-сюда через границу, я просто понимаю, что там работают взятки, работает подкуп, есть коридорная система.

— То есть имеется в виду, что надо закрыть этот коридор?

— Да, имеется в виду инструмент регуляции, когда незаконный груз не пройдет.

— Как вы считаете, способна ли сирийская армия, достаточно ослабленная, где офицерский состав фактически выбит за четыре года, держать под контролем те территории, которые сейчас будут освобождаться? Способен ли Асад каким-то образом наладить там самоуправление?

— Вы знаете, сирийцы — герои. Асад, во-первых, не сбежал никуда. Армия не капитулировала. Вы правильно ставите вопрос — да, это очень тяжело. И вот сейчас можно не менее любопытно посмотреть на проблему, прежде всего, реанимации сирийского сознания. Что эти люди взамен распада получили с точки зрения стабильности? Ничего.

А Башар Асад показывает — я защищал не свою шкуру, я защищал целостность государства, и поэтому будьте добры, поставьте все на место. Наверное, я думаю, произойдут серьезные коалиционные переговоры примирения и, с моей точки зрения, выработки конструкции будущей модели власти в суверенном государстве.

Будущее Сирии

— Но как сделать все-таки Сирию процветающим государством? Выгоним мы сейчас ИГИЛ, а там какие-то люди останутся недовольны Асадом.

— Под сомнение поставлена вообще модель государства. Я в своей докторской диссертации защищаю этот тезис. Государство, как аппаратная сила, себя исчерпало. А в Сирии сейчас будет формироваться как раз новая модель государства Ближнего и Среднего Востока.

— Что она будет из себя представлять?

— С моей точки зрения, это, прежде всего, уважение интересов недовольных. И они должны задекларировать свое примирение, сказать «я пойду с тобой на мир при таких условиях: я буду делать мыло, ты — выращиваешь капусту, ты — занимаешься хлопком».

Конечно, алавиты, которые от отца, от Хафиза Асада, останутся, но они сильно, скажем так, поступятся. И в этом плане будет как раз иллюзорная, многоконтурная модель, в том числе учитывающая интересы Израиля, интересы Палестины.

Наверное, уже теперь придется считаться с интересами Ирана, Ирака и Иордании. И в этом плане тумаки получат саудовцы, катарцы, которые, грубо говоря, субсидировали массу глупостей. Я считаю, что мы сейчас в Венгрии проектируем контуры всемирного интеллектуального форума, потому что Давос как экономическая модель себя исчерпал.

Я считаю, что демилитаризация мышления и прямая дорога к экологии сознания человека станет формулой ближайшего развития. И когда говорят: «всех догоним, всех замочим, все добьем, переколотим» — все это очень трогательно, но это модель не жизнеспособная. Потому что возникает обида, оскорбление, месть, вендетта. Можно много чего наговорить сейчас, но я считаю, что поступок России беспрецедентен.

Россия в очередной раз, когда снова почувствовала себя империей, вдруг вспомнила, что надо думать о себе на дальних подступах. И я считаю, что ООН должна подать в отставку, расформироваться, просто самораспуститься. Сказать: «мы не выполнили свои обязательства».

Курдский узел

— Как быть с Курдистаном? Это будет какое-то единое государство? Или курды пойдут разными путями? То есть иракские курды своим путем пойдут, турецкие — своим, а сирийские — своим?

— Как раз здесь мы говорим о возможности автономии. Почему не может быть автономии в рамках Турции, в рамках Ирака и в рамках Сирии? По меньшей мере, Эрдогану, если он что-то мужское из себя представляет, нужно просто уйти. Я считаю, что пробуждение турецкого народа этому человеку будет стоить жизни, это совершенно точно. Потому что турки никогда не простят надругательства над собой.

Я считаю, что Турция достойна жить более богато, более цивилизованно. И вот эта убогость, которую они получили, — это такая проказа, специфический политический сифилис. Эрдоган либо уйдет сам, либо его вынесут оттуда, у него времени очень мало.

— Сирию вы видите в тех границах, которых она была?

— Только так, никаких других.

— А с Ираком что будет?

— Мне очень жаль, но в Ираке будет очень много проблем. Потому что, убивая Саддама Хусейна, они открывали крышку многовековых проблем. Помните, что сунниты ведут преемственность по праведным халифам, а шииты — по семье? Поэтому у Ирака очень печальное будущее. Здесь нужно просто помогать лекарствами. Там пресной воды нет, люди могут себя очень плохо чувствовать.

Плюс терроризм — внутренний, не привезенный. То есть они между собой выясняют, улица на улицу, стенка на стенку, город на город, район на район. Мне жаль, но я считаю, что Ирак нужно принудительно врачевать мирными средствами.

— Туда Турция все-таки вошла воевать. Она сейчас вошла в Мосул. Что она там делать будет?

— Пока мутить воду, заниматься провокацией. Мосул — это гордость курдов, это зона влияния курдов.

— Как оцениваете действия России после сбития нашего самолета Турцией?

— На самом деле, там идет очень серьезный разбор полетов, где были службы РЛС, где вообще было наблюдение? Это уже наши внутренние разборки. Но факт остается фактом: это был наш самолет, это наши люди, это наши солдаты, и виновный будет наказан, это дело времени.

Любовь Люлько

Просмотров: 10674
Рекомендуем почитать

Новости Партнеров



Новости партнеров

Популярное на сайте
Кодекс чести Русского офицера 18-го века Древние сибирские города-призраки – до прихода Ермака Милый сердцу платок Где ты, Гиперборея? Кто твои сыны? Этимология Руси Что сделал Брежнев для советского народа