Русская Правда

Русская Правда - русские новости оперативно и ежедневно!

Аналитика, статьи и новости, которые несут Правду для вас!

Порошенко откровенно послали: США выдали лицензию на его отстрел Что стоит за фасадом покращень Гройсмана? В одном шаге до начала мировой торговой войны Как либералы продавали Россию: «Крыса съест три зернышка, миллион провоняет»
Русские Новости
Новости Партнеров
Новости Партнеров

Власти выгоден слабый рубль

В апреле рубль укрепился по отношению к доллару почти на 10 процентов. Надолго ли? Какие факторы влияют на курс рубля? Почему сильный рубль невыгоден бюджету РФ? Стоит ли делать рублевые вклады? Как и в какой валюте хранить сегодня сбережения? Об этом рассказал доцент факультета финансов и банковского дела РАНХиГС при президенте РФ Сергей Хестанов.

Что сейчас влияет на курс рубля

— Колебания курса рубля продолжаются, но уже не критичны. Что сейчас влияет на рубль? Чего нам ждать?

— В настоящее время самый важный фактор, который определяет движение рубля по отношению к доллару и евро, — это цена нефти. Около половины федерального бюджета формируется за счет поступлений от экспорта. А если посчитать строже, то гораздо больше половины. Как следствие — рубль очень сильно реагирует на цены на нефть. Нефть укрепляется — рубль укрепляется. И наоборот.

От ослабления рубля выигрывает федеральный бюджет, потому что меньшее число нефтедолларов меняется на большее число рублей. Поэтому что наш бюджет очень ассиметричен. У нас почти половина его наполнения — валютная выручка. В основном это нефть и газ, хотя вносят свою лепту металл, продукты нефтехимии, лес-кругляк и другие виды сырья. А почти все расходы бюджета рублевые. Внешний валютный долг ничтожно маленький по сравнению с 98-м годом.

Как следствие, ослабление рубля помогает экспортерам, которые наполовину наполняют бюджет. Имея таких выгодоприобретателей, не надо быть экспертом, чтобы догадаться, что в обозримом будущем, от двух до пяти лет, все трудности бюджета будут решать за счет девальвации рубля, то есть — рубль будут ослаблять. Да, девальвация — это горькое лекарство. Мы прекрасно знаем, что в след за ростом курса доллара растут цены в магазинах.

Причина тоже очень проста и понятна — официально треть, а неофициально где-то 40-44 процента в больших городах потребительской корзины — это импорт. Причем во многих товарах, которые мы на бытовом уровне считаем чисто российскими, присутствует определенная доля валютной стоимости.

Допустим — молоко. Вроде бы корова и трава наши и крестьяне наши. Но средства защиты животных — импортные, амортизация оборудования импортного. Получается, что даже в продуктах, на которых написано «Сделано в России», есть некоторая доля импортной стоимости. А в среднем в сельхозпродуктах — около 15 процентов валютных затрат. Поэтому вслед за ростом курса доллара, растут цены в магазинах.

Вопрос с инфляцией

— Бюджету выгоден слабый рубль. В то же время рост цен вызывает инфляцию. Центробанк с инфляцией борется. Получается какой-то парадокс.

— Никакого парадокса. Просто надо понимать, какими средствами располагает Центральный банк. У Центрального банка средств аж два имеется. Первое средство — это учетная ставка. Она в нашей стране работает слабо. Учетная ставка — это ставка, под которую теоретически коммерческие банки могут брать в долг у Центрального банка. За границей эта ставка очень четко влияет на стоимость депозитов и кредитов.

В Германии депозит приносит в год примерно 0,6 процентов годовых, ипотечный кредит можно взять под 1,87 процентов годовых. Реальная инфляция, наверное, чуть больше двух процентов. Официальная — поменьше, но реальная инфляция всегда выше официальной не только в России, но и в других странах.

Изменение ставки Центральным банком там очень быстро влияет на ставки депозитов и кредитов. В России же, когда этот параметр меняется, мы с вами этого почти не замечаем.

— А почему так происходит?

— Причина до смешного простая. Потому что российские коммерческие банки не могут легко взять у ЦБ деньги в кредит под эту ставку.

— А почему у нас это так затруднено? Ведь из-за этого, наверное, и переток денег в реальную экономику очень затруднен.

— Нет, это как раз по другой причине. Реальная экономика — это совершенно другая история. У нас есть очень много экспертов, которые любят говорить, что западное предприятие берет под 1,8 годовых, а нашему и под 16 не дают, вот от этого у нас все дорогое. Вовсе нет. Банкиры вовсе не вредители. Они зарабатывают, давая деньги в кредит. Поэтому при прочих равных условиях любой банк, если приходит качественный заемщик, кровно заинтересован в этом, его уговаривать не надо.

Проблема в том, что российская экономика, начиная с осени 14-го года в жестком варианте, а в мягком — еще с весны 13-го столкнулась с проблемой падения платежеспособного спроса. И соответственно деньги не идут в реальный сектор по той простой причине, что предприятие, скорее всего, не сможет заработать. Как следствие, не сможет отдать кредит. Перед ЦБ, действительно, стоит задача номер один — притормозить рост инфляции.

Для этого ЦБ просто душит экономику, сдерживая рост денежной массы. Но это — лечение кашля с помощью удавки. Если человеку удавку затянули, то кашлять уже у него не получается. Таким же образом наш Центральный банк побеждает инфляцию. И потом гордо говорит: больной же не кашляет? Действительно, не кашляет. Правда, дышать сильно не может, задыхается.

Центральный банк не может строить хорошо работающую служебную систему, которая позволит снизить премию за риск. Это вне его власти. У него всего два инструмента — это денежное предложение и учетная ставка. Все. И вот этими инструментами наш Центральный банк решает задачу, в принципе, решает ее хорошо. Но невозможно решить задачу подъема экономики только средствами Центробанка.

Развитие реального сектора экономики в России

— Сейчас многие ломают головы, как решить эту проблему. Возможно ли это?

— Решения этой проблемы нет.

— Это завязано на нашу зависимость от сырьевой экономики?

— Абсолютно верно. Это определяется структурой экономики. Причем зависимость от сырьевой экономики у нас появилась уже давно — после сворачивания косыгинской реформы, до этого зависимость от экспорта энергоресурсов была незначительной. А потом взлетела цена на нефть и на Советский Союз пролился валютных дождь. И думали, что так будет всегда.

— Получается, мы на эти грабли наступаем не первый раз. Видимо, когда есть нефтедоллары возникает сильное искушение потратить их не на развитие промышленности, а на какие-то иные цели.

— Очень хорошее слово — искушение. Это действительно не просто искушение, а страшное искушение. Все страны, которое подобное переживали в своей истории, удержаться от искушения не смогли. Единственная страна, которой это частично удалось, — Норвегия. Но какой ценой!

Норвежский внутренний рынок практически закрыт. Килограмм сливочного масла в Норвегии стоит — барабанная дробь — около 50 евро. Это космическая цена, в 10 с лишним раз выше, чем в соседней Финляндии. Просто потому, что все отрасли экономики требуют себе субсидий. Очень тяжело быть министром финансов, когда денег нет. Но парадокс — еще тяжелее быть министром финансов, когда деньги есть.

— Как сейчас лучше сохранить сбережения простому человеку? Куда эти деньги вкладывать, на что менять или просто оставлять в матрасе?

— Все, что человек не предполагает тратить в течение года, имеет смысл хранить в долларах США. Легко указать и границу до каких пор банковская система является устойчивой, потому что ЦБ по две-три лицензии в неделю отзывает.

С другой стороны, до тех пор, пока международные резервы Центрального банка заметно выше 200 миллиардов долларов (последняя официальная цифра — 381 миллиард), в банковской системе можно сильно не сомневаться. Сейчас условия компенсации вкладчикам со стороны Агентства по страхованию вкладов просто шикарные. Государство гарантирует до 1 миллиона 400 тысяч.

— Последняя волна укрепления рубля не должна никого расслаблять?

— Да. У нас дефицит бюджета сохраняется. Неофициальные промежуточные данные, которые озвучил Алексей Кудрин, довольно надежные — 5-5,5 процентов. Это — много.

— И вклады лучше делать валютные?

— Абсолютно верно, потому что разница в процентах валютного и рублевого вклада явно меньше, чем потенциал девальвации рубля. Да, рублевый вклад приносит больше, но потенциал девальвации намного больше. И в этих условиях лучше получить маленькую доходность, но не потерять покупательную способность.

Можно приобрести также валютные облигации отечественных компаний. Но их выбор не очень велик, и купить их меньше, чем на тысячу долларов, невозможно.

— Какие это компании?

— Это — голубые фишки, «Газпром» и нефтяные компании. Они у всех на слуху. Вероятность банкротства компаний из первой сотни на горизонте времени год-два — достаточно низкая.

— Чем они хороши?

— Они хороши тем, что приносят доходность выше валютного вклада. В отличие от вклада облигацию не обязательно держать до ее погашения, а можно продать заранее. Конечно, для этого некоторые знания нужны, но в принципе вооружившись блокнотом и ручкой, часик пообщавшись с представителями компаний, которые эти услуги предоставляют, разобраться можно.

Лейла Мамедова

Просмотров: 625
Рекомендуем почитать

Новости Партнеров



Новости партнеров

Популярное на сайте
Святой вечер — древнеславянский праздник встречи нового Кола Творца Емельян Пугачёв и его восстание Лада - славянская богиня любви и красоты Самая успешная война против России Коляда, Корочун - праздник новолетия у славян А такая ли уж китайская - Великая Китайская стена??!