Русская Правда

Информационно-аналитическое издание наследников Ярослава Мудрого

Русская Правда: аналитика, статьи и новости, которые несут Правду для вас!

Почему Порошенко оказался под забором Белого дома Австро-венгерский камикадзе для России Судьбу России решит битва за Евразийскую империю Закон пяти процентов или стадное чувство
Новости Сегодня
Новости Партнеров
Новости Партнеров

Знаете, чем отличается Харьков от Киева?

22 февраля в Харькове было очень неприятно. После скомканного съезда с невнятной резолюцией и неоднозначной ретирадой Докбина и Кернеса шествие «евромайдана» через весь город производило впечатление угнетающее. Конечно, было видно, что специально растягиваются неплотной лентой, идут очень медленно и кричат очень громко, чтобы производить «количественно-убедительное» впечатление. Конечно, кричали слишком уж слаженно и стройно, стихийностью и не пахло. Конечно, было понятно, что раз уж «революционерам» в Харькове пришлось вытаскивать себе на помощь даже ультрас луганской «Зари», то кадровые дела у них далеки от позитинвых.

Однако, несмотря на все эти «конечно», было неуютно. Им никто не отвечал. Когда вечером добравшаяся до главной площади города революционная тянучка устроила там шабаш с празднованием и панихидой (всё в кучу да под Лениным), стало совсем обидно. На тот момент, когда мы приехали на площадь, там было три – три с половиной тысячи бабуинов (вокруг вращалось множество анонимных группок и журналистских бригад, создававших ауру многочисленности) – вовсе не мало, надо сказать. Тем более, что, по словам очевидцев (ну, не верить же «данным» телеканалов или «источников» типа «Главного», это просто неприлично), вначале бабуинов было больше. И тем не менее: это – не такой уж масштаб для Харькова, особенно если учесть уровень и ресурс организации всего этого. Получалось, что меньше пяти тысяч захватчиков на центральной площади – а город уже пал?

То, что это были захватчики, сомнения не вызывало – хотя там хватало и жителей Харькова. Просто все эти поповские камлания, показушно-специфический говор, революционно-эйфорический бред, наконец, требования свалить памятник Ленину – ну, захватчики это, ребят, захватчики. И Сирожа Жадан, предлагавший, как настоящий творческий интеллигент, в лучших европейских традициях не валить памятник целиком, а отпилить ему голову, – он типичный захватчик, пусть это и смешно немного (если только не видеть и не слышать этого крысёныша, чью голову, кстати, хочется незамедлительно отвинтить при первом же визуальном контакте). И вот захватчики на площади, городские власти, по слухам, свинтили из страны, Ленина вот-вот свалят – и… и как это вообще может происходить в Харькове?!

Можно представить, с какими ощущениями мы уходили с площади: три тысячи в масштабах Харькова – это мало, но с точки зрения двух-трёх человек… достаточно; Ленина не свалили, но пообещали свалить в ближайшее время. Опереться не на что, не на кого, никакого координирующего центра… мы оказались совершенно не готовы к нашествию.

Пока доехали домой, пессимизм вырос до запредельного уровня. Тут ещё надо понимать специфику Харькова: он город хоть и не вялый, но не истеричный; слишком большой, чтобы быстро «вскидываться» в едином порыве; инертный в силу любви подумать да порассуждать (что замечательно, но не в экстренных обстоятельствах) и в достаточной степени современный, чтобы в изрядной степени атомизировать горожан. А ещё и после того, как самая, как казалось многим и многим, жёсткая по отношению к бабуинам власть продемонстрировала чудеса скоростной дематериализации (а информации-то нет, все перепечатывают один и тот же гаденький слушок), надежда на сопротивление была, мягко говоря, слабой.

Тем не менее, ближе к ночи стало известно, что 23-го, на следующий день, собираются в честь праздника и против откровенного захвата устроить митинг. Кто, что – непонятно, люди самые разные, из абсолютно разных организаций, а чаще всего – сами по себе люди, свои собственные. Договорились идти, созвонились, списались со всеми, с кем можно. Сомнения грызли: придём, а там две бабули да городской сумасшедший – с нами десяток наскребётся: вот чудесная картинка для «неполживых» и «р-рэволюционных» СМИ (других-то нет)! Даже заявить позицию не выйдет, а уж о физическом сопротивлении и речи нет: из собравшихся большая часть не просто педагогические, простите, работники, а ещё и показательные очкарики. Страшные бойцы, не то слово; убиваем посредством провоцирования приступов неконтролируемого смеха. Естественно, не то, что оружия, а даже подручных средств защиты нет и в помине. В общем, мда… Но всё равно пойдём, потому что… потому, что всё равно «те» так или иначе придут к нам и за нами. Так уж лучше мы к ним.

Пришли. Людей не то, чтобы много, но и не полсотни. Сотен пять. Подтверждается отрывочная информация: ночью захватчикам основательно досталось, и от памятника их отогнали. При этом бабуинская сопровождающая авиация, все эти мошки и букашки р-рэволюции, обиженно трезвонят о «титушках» и «гепо-доповских фашистах», что в свете ими же раздуваемой информации о бегстве властей из страны звучит в духе унтер-офицерской вдовы. Ясно, что отогнали те, кого успели всё-таки собрать ночью. Чуть-чуть реанимированные новостями, движемся колонной по Сумской к памятнику Ленину. На площади возле обладминистрации, в которую «рэволюционеров» запустили «на экскурсию» (надо же было где-то заезжую шушеру раскладывать), стоят, защищённые заборчиками и милицией, а также своими боевиками, бабуины. Кричат какую-то свою то ли «ганьбу», то ли «гэть», но уныло: видимо, ноют ночные синяки, да и ожидания у них были сродни нашим – что будет пять-шесть десятков.

Подходим к памятнику – и тут я понимаю, что я в очередной раз оказался несправедлив по отношению к родному городу. Конечно, в нём, как и везде, хватает всякого гнилья, да и коллаборационистов потенциальных предостаточно. Но памятник окружён самодеятельным заборчиком с «защитными» плакатами и лозунгами, и – людьми. Людьми, которых особенно-то никто и не собирал – да, представлены на мероприятии несколько партий и организаций, но не так уж основательно; гораздо больше среди людей тех, кто пришёл, что называется, «по объявлению» в соцсетях. Сразу видно, что на площади – результат классической самоорганизации, весьма и весьма стихийной: люди держатся группками, аппаратуры нет, флагов и символики мало, о щитах, шлемах, брониках или оружии даже говорить не приходится, главный отличительный знак – ленточка георгиевская – начинает раздаваться далеко не сразу… в общем, стихийно и самороганизованно.

И при этом – две с половиной тысячи. Почти столько же, сколько было у организованных, дополненных приезжими и разного рода ультрасами бабуинов вчера. И люди ещё подтягиваются, потому что путаница со временем: фигурировали три разных варианта. Вся активность сводится в основном к выступлениям; немногочисленные призывы «выбить фашистов из обладминистрации» пресекаются резонными напоминаниями о присутствующих там и отсутствующих здесь шлемах, щитах и, главное, битах. Но – показательный момент: на противоположном конце площади появляется какая-то основательная толпа. В микрофон говорят: мужчины, женщин к памятнику, сами в цепь перед ними; и вся эта абсолютно аморфная на вид, разрозненная толпа совершенно непохожих друг на друга людей, среди которых «страшные бойцы» типа нас если и не преобладают, то представлены в значительном количестве, немедленно выстраивается чуть ли не в атакующий германский «клин», поскольку просто шеренга кажется слишком уж мирной. В результате «наступающая» толпа оказывается нашими же дополнительными силами; однако способность моментальной мобилизации продемонстрирована и зафиксирована.

Мы провели на площади всего лишь три часа: выяснилось, что «те» кучкуются у «своего» памятника (Шевченко) и не собираются пока нападать ни на наших, ни на памятник. Толку от нас, пожалуй, было немного – хотя на самом деле важно было именно количество. Конечно, собрался народ самый разный, не обошлось и без маргиналов, как умилительных, так и совсем дурных. Совсем как у «тех», скажете вы. Да, но не совсем. Публика у нас была разношёрстной, кто Ленина защищал идейно, а кто просто был возмущён тем, что какие-то плохо дрессированные обезьяны в его родном городе решают, какие памятники сносить, а какие оставлять. У нас были все, от либералов до коммунистов, от интеллигентов до мракобесов. Не было только фашистов. Чем, собственно, мы и отличались от «тех» в первую очередь.

Дальше рассказывать нечего, кроме нескольких штрихов и общей завершающей картины.

1) В очередной раз не лучшим образом показали себя журналисты, пытаясь снимать исключительно каких-нибудь смешных или пьяных маргиналов. Ну, ясное дело, кому интересны интеллигентные педагогические «титушки», да ещё и в очках; Ленина ж не могут защищать приличные люди, да ещё и против еврореволюции, ага

2) В какой-то момент рядом с нами материализовалась астеничного вида дама с девочкой лет пяти-шести. Мы ошалели; друг удивлённо сказал: «убери ребёнка-то». И тут дама остановилась и как выдала в ответ: «А что это вы, молодой человек, тут командуете, я в своём городе, где хочу, там и хожу». – «Гражданка, ребёнка уберите, тут не пикник, может кто угодно прийти!». – «Да я тут вчера была с ребёнком и все было нормально, пока ваш «Оплот» не приехал!». Мы отвернулись: диагноз был слишком очевиден. А, может, и не диагноз; может, мы столкнулись не с полоумной дурой, а с циничной дрянью, которая просто решила прикрыться ребёнком, а, если повезёт, ещё и изобразить жертву насилия со стороны «титушек», не щадящих даже детей

3) Материализовывались и другие залётные, пришедшие «поговорить и объяснить»: явные провокаторы напрашивались на кое-что посильнее грубости, но валили, несолоно хлебавши: на них даже кричать быстро прекращали, поскольку диагноз читался в глазах

4) Новость о том, что и мэр, и губернатор в городе, пришла на площадь, когда нас уже не было. Но было очевидно, насколько неоднозначно на неё отреагировали. С одной стороны, было приятно, что майданские СМИ в очередной раз крупно сели в лужу. Кроме того, явно занервничали сами «активисты», потому что они-то уже поверили, что поселились в облсовете насовсем. С другой стороны, если Добкин сохранил резкость риторики, то Кернес стал откровенно вилять. Радуясь его приходу и скандируя его фамилию, защитники памятника, тем не менее, начинали недовольно гудеть и улюлюкать в ответ на призывы Кернеса «не ссорьтесь» и «давайте жить дружно». Что поделаешь: это звучало слишком похоже на Януковича и слишком плохо коррелировало с привычной для Кернеса манерой. Впрочем, так или иначе, а в город он вернулся в крайне сложной для него ситуации.

5) Ну, а когда днём оказалось, что восстала Одесса, не пустил к себе никаких бабуинов Донецк, удержались другие города Юго-Востока и Крыма, а Севастополь так и вовсе совершил нечто невероятное, стало ясно: слухи о нашей смерти были сильно преувеличены.

А с площади мы ушли в смешанных чувствах. С одной стороны, прогнозы наши не оправдались; с другой, это было очень кстати, поскольку оказалось, что без какой-либо организации, без какого-либо координирующего центра воскресным утром на главной городской площади может собраться три тысячи человек абсолютно разных идеологических позиций, но чётко знающих: это – их город. И их памятник. И им глубоко фиолетово, что какие-то самодовольные и самопровозглашённые «интеллигенты» и «демократы» именуют их «титушками» (мы, например, стояли и спорили, кто из нас – просто «титушка», а кто «заслуженный» или «почётный»; хотя за всю эту новую традицию с данным словечком и его серьёзным применением нужно головы отвинчивать, как Жадану) – они знают, что они жители своего города и граждане пока ещё той же страны, что и их «обвинители».

Давеча один мой, к сожалению, коллега и (явно по ошибке) согорожанин то ли перепостил, то ли сам писал в соцсетях, что Харьков, мол, отличается от Киева тем, что у нас тут очереди в банкоматы выстраиваются, а у них там – на сдачу крови. А вот чёрта с два. Харьков от Киева отличается тем, что у них там нет Ленина, а у нас есть. Так что идите вы со своим Киевом ко всем своим “небесным сотням”, “евроинтеллигенты”.

Артем Литовченко

Просмотров: 1940
Рекомендуем почитать


Новости Партнеров



Новости партнеров

Популярное на сайте
Хоровод - хождение за солнцем Как воспитывали воинов на Руси Змей-Горыныч - Мифы или реальность? Великий русский учёный Н.А. Морозов показывает, откуда пришло слово „Библия” Запрещенная победа Михайло Ломоносов о Русколани